Голубая птица

Пошёл Ярты-гулок с отцом на базар. Дал старик сыну два медных теньга. – Ай, – обрадовался малыш, – сколько халвы, сколько пряников на меду куплю я себе на эти две медных денежки! – И побежал за отцом вприпрыжку, как за козой молодой козлёнок.
Ой, сколько народу собралось на базаре! Ой, сколько было товаров! Пришёл Ярты в шёлковый ряд – торгуют купцы шелками, цветистыми, словно радуга. Пришёл в ковровый – лежат ковры, яркие, словно луг, покрытый цветами. Пришёл в медный – увидел блюда, сверкающие как солнце, кувшины, блестящие, словно золото. Стоят перед лавкой женщины, смотрят на медные казаны, тарелки да чаши – не могут налюбоваться. А ребята, глотая слюнки, столпились и смотрят во все глаза на груды фруктов, сваренных на меду, на корзины сдобных лепёшек, на блюда со сладкой тягучей нугой. А сколько здесь было дынь, арбузов, яблок и винограда! Целый день смотри, – всего не увидишь! Все деньги отдай, всего не купишь. А много ли можно купить на два медных гроша?
Шмыгал, шмыгал Ярты по рядам, приценивался, торговался – ничего не купил, а отца потерял в толпе.
– Ай, ата-джан, дорогой отец! Где ты? – начал кричать малыш, взобравшись на гору яблок. – Я здесь – твой сыночек Ярты-гулок!
А базар шумит, базар кричит: иголку легче найти в пустыне, чем найти в толпе человека. Не услышал его отец.
Чуть не заплакал Ярты с досады, да вовремя спохватился: «Плакать молодцу не к лицу! Найду и один домой дорогу».
Так подумал Ярты и сразу повеселел, поправил на голове тюбетейку и стал осматриваться, куда бы направить путь. И вдруг, высоко над толпой, совсем недалеко, он увидал настоящее чудо. На длинном шесте из слоновой кости сидела прекрасная голубая птица. Клюв у птицы был золотой. Голубые как небо крылья, словно звёздами, были усыпаны алмазными искрами. Изогнутая дугою шейка переливалась розовым и зелёным, а на маленькой круглой головке развевался пышный султан, сверкавший ярче, чем драгоценный камень рубин. Птица покачивалась на своём высоком насесте и то складывала, то расправляла свои лазурные крылья.