Как Ярты-Гулок нашел и отца и мать

Было ли это или не было - ехал по раскалённым от солнца пескам старик. Он ехал на ишаке и вёл за собой на поводу верблюда. Старик до света работал на мельнице и очень устал. Верблюд нёс на себе тяжёлые мешки и тоже устал. Ишак же устал потому, что на нём сидел старик. А до аула было еще далеко.
От бархана к бархану, от одной песчаной горы до другой, целый день вела старика дорога. Даже птица не знает, где конец этой дороге. Ветер и тот не знает, где конец пустыне. А человек называет эту пустыню Кара-Кум, что по-туркменски значит 'чёрные пески'. Вот где ехал старик.
Он ехал и пел песню, длинную, как его жизнь, и печальную, как его мысли, потому что он был уже очень стар и борода его стала белой, как груда хлопка, но у него не было сына - помощника в старости. О чём старик думал, о том и пел:
Был бы у меня сынок,
Сынок хотя бы с ноготок, -
Лицом подобный цветущему маку,
Нравом подобный весёлому солнцу,
А трудолюбием подобный пчеле, -
Вот тогда был бы я счастлив..
Вдруг старик услыхал, что кто-то его зовёт:
- Эй, ата-джан, дорогой отец! Если у тебя нет сыночка, так возьми меня в сыновья.
Старик удивился. Он остановил ишака и стал смотреть себе под ноги, но увидал на дороге только сухие кусты верблюжьей колючки.