Три златорунных барана

Было ль, а может, и не было, жил на свете молодой пастух, жил не тужил - да и с чего бы ему тужить, ежели пас он собственную отару, а в той отаре было овец девяносто девять голов да три златорунных барана. Вся отара была хороша, а уж этим трём баранам в целом свете равных не сыскать, сам король таким позавидовал бы. Но и пастух цену им знал, берёг как зеницу ока. Даже спал, словно заяц, вполглаза; одним глазом спит, другим за баранами приглядывает.
Но вот настала зима, надо с овцами в загон возвращаться, да вот беда: плохие в том году уродились травы, нет сена нигде. Что делать? Пропадут и овцы, и бараны златорунные от бескормицы! Нет,- думает пастух,- сиднем сидеть да охать - делу не подмога, погоню отару куда глаза глядят, может, и найду места побогаче, прокормлю животных до весны .
Двинулись они в путь. Впереди три барана златорунных бредут, блеют жалобно, ведь два дня уже клочка сена не видели. Долго ли шли, коротко ли, пришли в лес дремучий. А посреди того леса - большая-пребольшая поляна, и по всей поляне стога сена стоят, столько их там было, что не сосчитать.
Ох и обрадовался пастух! Ну,- говорит себе,- дальше нипочём не пойду, ничьего приказа, даже короля - да хоть Понтия Пилата самого!- не послушаюсь! Чьё б сено ни было, здесь останусь . Мигом разбросал пастух вилами ближний стожок - овцы на него так и накинулись, всё подобрали, до последней травинки.
Так целый день прошёл: пастух стожки один за другим по поляне раскидывает, овцы следом идут, насыщаются. А кругом - ни души.
На другой день, едва рассвет занялся, выходит на поляну великан, да такой громадный - небо головой задевает!- и говорит пастуху злобно:
-Как посмел ты, человечье отродье, моё сено своим овцам скормить?!
У бедного парня душа в пятки ушла: долго ли этакому великану человека прикончить? Ногой наступит - сразу и дух вон.
-Не серчайте, сударь, великан дядюшка, заплачу я вам за то сено, что мои овцы съели,- говорит пастух великану.
-Мне твои деньги ни к чему,- отвечает великан.- А ну-ка, быстро тридцать три овцы зарежь да одного барана златорунного. И зажарь их всех поживее, потому как я нынче ещё не завтракал.