Женитьба на фее
В давние времена в горах Фи Янг жила дружная и счастливая семья. Матери уже не было в живых, но у отца, которого звали Ма Ким, оставалось три сильных сына. Старшего звали Ма Кхань, среднего - Ма Те, младшего - Ма Заук.
Братья очень любили друг друга. Кхань лучше всех в селе играл на флейте. Его друзья говорили, что, когда лунной ночью Кхань играет на флейте, луна как будто спускается ниже и слушает. Если же где-нибудь слоны, тигры или кабаны опустошали поля, жители деревни шли к Те просить, чтобы он избавил их от этих животных. А обрабатывать поле никто в деревне не умел так хорошо, как Заук.
Наступило время, когда старик Ма Ким должен был позаботиться о жёнах для своих сыновей. Он искал повсюду, но в деревне не было девушки, равной по талантам его сыновьям, хотя любая согласилась бы стать женой одного из трёх красавцев-братьев, сильных и умелых.
К востоку от горы Фи Янг стоял домик на сваях, за которым был густой зелёный лес. В нём жили две женщины - мать и дочь. Дочь звали Холой. Каждый день мать и дочь собирали в лесу хворост, чтобы обменять его потом на рис. Когда мать состарилась, Холе пришлось работать за двоих. И она стала приносить в день две вязанки хвороста. А мать оставалась дома и варила обед.
Время шло. Когда Холе исполнилось семнадцать лет, она превратилась в красивую девушку с высокой грудью, розовыми щёками, смуглой и блестящей кожей.
Чтобы набрать вязанку хвороста, Холе надо было каждый раз ходить в самую чащу леса. Однажды, когда она входила в лес, ей показалось, будто вдали поёт флейта. Но в чаще никого не было. Журчал прохладный ручеёк, щебетали птицы. Хола оглянулась, сбросила платье и стала купаться в ручье. Прохладная вода то набегала на неё пенистой волной, то отступала, нежно лаская тело.
И вдруг звуки флейты раздались совсем близко. Хола едва успела надеть платье, как до неё донёсся чей-то голос:
- Эй! Кто там? Что вы делаете в лесу?
Хола почувствовала неясное волнение. Лицо её вспыхнуло. Кто-то видел, как она купалась раздетая! Она ещё раз оглянулась на другой берег, взяла хворост и пошла домой. А Ма Кхань с бьющимся сердцем, сжимая в руках флейту, остался стоять у ручья.