Сон Акиносуке

В Тойчи, что в провинции Ямато, жил гёши по имени Мията Акиносуке. В его саду рос развесистый старый кедр, под которым он любил отдохнуть в знойные дни. Как — то раз, после полудня, Мията устроился под этим деревом с двумя своими друзьями — тоже гёши. Люди сидели лениво перебрасываясь словами, попивали вино и ожидали часа, когда жара начнет спадать. Неожиданно Мията почувствовал сильную сонливость. Побороть ее просто не хватало сил, и Мияте пришлось просить у своих друзей извинения за то, что он вздремнет в их присутствии. Он лег у самого ствола кедра, закрыл глаза и вскоре увидел сон.
Ему приснилось, что он лежит в саду на своем любимом месте. Вдруг какой-то шум привлек его внимание, и Мията встал, чтобы узнать, в чем дело. С ближнего холма спускалась процессия, похожая на свиту какого-нибудь даймиё. Ничего подобного по красоте и пышности Мияте видеть не приходилось ни разу в жизни. Его очень заинтересовало, что эти придворные могут делать вблизи его дома. Впереди процессии шло множество богато одетых людей. Следом молодые носильщики несли большой лакированный гошо‑гуруму, обитый внутри блестящим голубым шелком. Свита подошла к дому гёши и остановилась. Из нее выступил роскошно одетый человек, — несомненно, очень важный сановник, приблизился к Акиносуке, низко ему поклонился, а затем произнес:
— Досточтимый господин, перед собой Вы видите керая Кокуё Токоё. Мой повелитель, Император вышеназванной страны, приказал мне приветствовать Вас от его августейшего имени и предоставить себя полностью в Ваше распоряжение. Также он приказал мне довести до Вашего сведения, что высочайше желает Вашего присутствия во дворце. Соблаговолите немедленно войти в этот достойный экипаж, который был послан специально за Вами.
Услышав такие слова, Акиносуке был просто ошеломлен и хотел было ответить подобающим образом. Но удивление лишило его речи, да и силы, казалось, ушли от него. Поэтому единственное, на что он остался способен, — это безмолвно последовать предложению керая. Он поднялся в экипаж. Керай разместился рядом. Затем он подал знак, и юноши, подняв гошо‑гуруму за шелковые веревки, повернули на юг. Путешествие началось.