Взятие Парижа
Consulere patriae, parcere afflictis, fera
Caede abstinere, tempus, atque irae dare
Qrbi quietem, secuta pacem suo,
Haec summa virtus.
Spnec. Octay.
Есть, такія слова, которыя, по выраженію Фонтенеля, ужасаются, видя себя вмѣстѣ. Къ нимъ принадлежитъ заглавіе сей статьи: Взятіе Парижа! -- Какъ, для, чего и кѣмъ взята сія столица?..... Развѣ Моатескье не замѣтилъ, что она, по особенному счастію, имѣетъ положеніе выгодное какъ для своей собственной безопасности, такъ и для безопасности всей Франціи?... Развѣ не имѣли мы двухъ рядовъ крѣпостей, неприступныхъ горъ, м о ря и храбрыхъ, многочисленныхъ легіоновъ?... и какая сила могла разрушить сіи преграды?.. какая сила могла проложить себѣ дорогу въ самыя стѣны Парижа? -- Вся Европа! -- Что было тому причиною?-- Безразсудное честолюбіе одного человѣка!
Исторіи принадлежитъ объяснить преступленія и явить предъ лицемъ вселенной ошибки, оставившія послѣ себя столь грозные слѣды разрушенія; ей принадлежитъ развернуть для наученія вѣковъ и народовъ ужасную картину тиранства, тяготившаго Францію въ продолженіе 12 лѣтъ, перешедшаго наконецъ всѣ предѣлы, и тѣмъ самымъ можетъ быть способствовавшаго къ совершенію обѣтовъ истинныхъ Французовъ; она долженъ довести до потомства возстановленіе престола Лилій и возвращеніе на оный фамиліи Генриха IV го -- залогъ торжественный, удостовѣряющій насъ въ томъ, что свобода процвѣтетъ снова подъ сѣнію законовъ! -- Я старъ, слабость силъ не позволяетъ мнѣ начертать столь обширной картины; я собираю, только матеріалы: руки сильнѣйшія и искуснѣйшія моихъ воздвигнутъ зданіе.
Я живу давно, и не нахожу причинъ, радоваться, подобно другимъ, сему отличному благодѣянію Неба. -- Егоизмъ порокъ гнусный въ юности; но для стариковъ онъ извинителенъ: чѣмъ ближе разлука съ жизнію, тѣмъ сильнѣе чувствуешь къ ней привязанность, и боишься расточать для другихъ остатокъ силъ, коихъ едва достаетъ и для себя. Сія скупость не заслуживаетъ осужденія? она не есть уже порокъ, но немощь, свойственная дѣтямъ. Сердце слабѣетъ подобно другимъ органамъ, чувствительность тупѣетъ вмѣстѣ съ чувствами: таковы благодѣянія старости! -- Къ сожалѣнію моему, я немогу пользоваться ея дарами подобно моимъ сверстникамъ, не могу быть спокойнымъ въ минуту политическаго перелома, подвергающаго насъ столь многимъ опытамъ. -- Любовь къ отечеству заставляетъ меня принимать столь живое участіе въ его бѣдствіяхъ и благосостояніи, что въ сію минуту видя въ родинѣ одну уже могилу, я раздѣляю ея опасенія и надежды съ жаромъ души молодой и страстной.