V
Пришел декабрь — месяц долгого сумрака. Уленшпигель пел:
Срывает маску монсеньор,
Его запятнанная светлость.
Он Бельгией хотел бы завладеть.
Но обиспанившийся край
Не сделался еще анжуйским,
Налогов герцогу не платит.
Бей, барабанщик, в барабан
Победы нашей над анжуйцем!
Поместья, ренты и акцизы
И должности — в руках у реформатов.
Его запятнанная светлость,
Во Франции безбожником слывя,
Непрочь бы это все присвоить.
О, поражение анжуйца!
Он королем мечтает стать,
Мечом добыть себе корону.
Мечтает захватить изменой
Прекраснейшие города
И даже — даже наш Антверпен…
Но горожан и горожанок
Будить я буду спозаранок!
О, поражение анжуйца!
О Франция, не на тебя
Обрушен страшный гнев народа
И смертоносные удары
Тебя коснуться не должны,
И вовсе не твои сыны
Лежат горою у Кип-Дорпа,
Проходы все загромождая…
О, поражение анжуйца!
Нет, это не твои сыны —
Все те, кого народ восставший
Тут сбрасывает со стены,—
То слуги наглого анжуйца.
Довольно пил он кровь твою,
О Франция, бездельник этот,
Теперь собрался нашу пить,
Но между кубком и губами…
О, поражение анжуйца!
Недавно этот храбрый герцог
В незащищенном городке
Вопил: «Убей!» и «Слава мессе!»
И дружно вторили ему
Бесстыдноглазые красавцы.
О, поражение анжуйца!
Мы бьем по ним, не по тебе,
Народ, задавленный нуждою.
Ты из-за них лишен всего:
Коней, и хлеба, и повозок.
Они берут с тебя оброк,
Тебе платя пренебреженьем.
О, поражение анжуйца!
Ты, Франция, вскормила грудью
Изменников, отцеубийц.
Они позорят всюду имя
Твое — ты можешь задохнуться
От дыма славы их недоброй.
О, поражение анжуйца!
К чему тебе еще один
Цветок в твоем венке победном?
К чему тебе еще одна
Провинция, народ французский,
Отважный, доблестный народ?
Сверни ты шею петуху
Драчливому — и благодарность
Все страны выразят тебе
За поражение анжуйца!