Песнь четвертая
Первый уступ Предчистилища — Нерадивые
1
Когда одну из наших сил душевных *
Боль или радость поглотит сполна,
То, отрешась от прочих чувств вседневных,
4
Душа лишь этой силе отдана;
И тем опровержимо заблужденье, *
Что в нас душа пылает не одна.
7
Поэтому, как только слух иль зренье
К чему-либо всю душу обратит,
Забудется и времени теченье;
10
За ним одна из наших сил следит,
А душу привлекла к себе другая;
И эта связана, а та парит. *
13
Дивясь Манфреду и ему внимая,
Я в этом убедился без труда,
Затем что солнце было выше края
16
На добрых пятьдесят долей, *когда
Все эти души, там, где было надо,
Вскричали дружно: «Вам теперь сюда».
19
Подчас крестьянин в изгороди сада
Пошире щель заложит шипняком,
Когда темнеют гроздья винограда,
22
Чем оказался ход, куда вдвоем
Мой вождь и я за ним проникли с воли,
Оставив тех идти своим путем.
25
К Сан-Лео всходят и нисходят к Ноли,
И пеший след к Бисмантове ведет; *
А эту кручу крылья побороли, —
28
Я разумею окрыленный взлет
Великой жажды, вслед вождю, который
Дарил мне свет и чаянье высот.
31
Путь шел в утесе, тяжкий и нескорый;
Мы подымались между сжатых скал,
Для ног и рук ища себе опоры.
34
Когда мы вышли, как на плоский вал,
На верхний край стремнины оголенной:
«Куда идти, учитель?» — я сказал.
37
И он: «Иди стезею неуклонной
Все в гору вслед за мной, покуда нам
Не встретится водитель умудренный».
40
К вершине было не взнестись очам,
А склон был много круче полуоси,
Секущей четверть круга пополам.
43
Устав, я начал, медля на откосе:
«О мой отец, постой и оглянись,
Ведь я один останусь на утесе!»
46
А он: «Мой сын, дотуда дотянись!»
И указал мне на уступ над нами,
Который кругом опоясал высь.
49
И я, подстегнутый его словами,
Напрягся, чтобы взлезть хоть как-нибудь,
Пока на кромку не ступил ногами.
52
И здесь мы оба сели отдохнуть,
Лицом к востоку; путник ослабелый
С отрадой смотрит на пройденный путь.
55
Я глянул вниз, на берег опустелый,
Затем на небо, и не верил глаз,
Что солнце слева посылает стрелы.
58
Поэт заметил, как меня потряс
Нежданный вид, что колесница света
Загородила Аквилон *от нас.
61
«Будь Диоскуры, — молвил он на это, —
В соседстве с зеркалом, светящим так,
Что все кругом в его лучи одето,
64
Ты видел бы, что рдяный Зодиак
Еще тесней вблизи Медведиц кружит,
Пока он держит свой старинный шаг. *
67
Причину же твой разум обнаружит,
Когда себе представит, что Сион *
Горе, где мы, противоточьем служит;
70
И там, и здесь — отдельный небосклон,
Но горизонт один; и та дорога,
Где несчастливый правил Фаэтон, *
73
Должна лежать вдоль звездного чертога
Здесь — с этой стороны, а там — с другой,
Когда ты в этом разберешься строго».
76
«Впервые, — я сказал, — учитель мой,
Я вижу с ясностью столь совершенной
Казавшееся мне покрытым тьмой, —
79
Что средний круг вращателя вселенной, *
Или экватор, как его зовут,
Между зимой и солнцем неизменный,
82
По сказанной причине виден тут
К полночи, а еврейскому народу
Был виден к югу. Но, когда не в труд,
85
Поведай, сколько нам осталось ходу;
Так высока скалистая стена,
Что выше зренья всходит к небосводу».
88
И он: «Гора так мудро сложена,
Что поначалу подыматься трудно;
Чем дальше вверх, тем мягче крутизна.
91
Поэтому, когда легко и чудно
Твои шаги начнут тебя нести,
Как по теченью нас уносит судно,
94
Тогда ты будешь у конца пути.
Там схлынут и усталость, и забота.
Вот все, о чем я властен речь вести».
97
Чуть он умолк, вблизи промолвил кто-то:
«Пока дойдешь, не раз, да и не два,
Почувствуешь, что и присесть охота».
100
Мы, обернувшись на его слова,
Увидели левей валун огромный,
Который не заметили сперва.
103
Мы подошли; за ним в тени укромной
Расположились люди; *вид их был,
Как у людей, объятых ленью томной.
106
Один сидел как бы совсем без сил:
Руками он обвил свои колени
И голову меж ними уронил.
109
И я сказал при виде этой тени:
«Мой милый господин, он так ленив,
Как могут быть родные братья лени».
112
Он обернулся и, глаза скосив,
Поверх бедра взглянул на нас устало;
Потом сказал: «Лезь, если так ретив!»
115
Тут я узнал его; хотя дышала
Еще с трудом взволнованная грудь,
Мне это подойти не помешало.
118
Тогда он поднял голову чуть-чуть,
Сказав: «Ты разобрал, как мир устроен,
Что солнце влево может повернуть?»
121
Поистине улыбки был достоин
Его ленивый вид и вялый слог.
Я начал так: «Белаква, *я спокоен
124
За твой удел; но что тебе за прок
Сидеть вот тут? Ты ждешь еще народа
Иль просто впал в обычный свой порок?»
127
И он мне: «Брат, что толку от похода?
Меня не пустит к мытарствам сейчас
Господня птица, что сидит у входа,
130
Пока вокруг меня не меньше раз,
Чем в жизни, эта твердь свой круг опишет,
Затем что поздний вздох мне душу спас;
133
И лишь сердца, где милость божья дышит,
Могли бы мне молитвами помочь.
В других — что пользы? Небо их не слышит».
136
А между тем мой спутник, идя прочь,
Звал сверху: «Где ты? Солнце уж высоко
И тронуло меридиан, а ночь
139
У берега ступила на Моррокко». *