Песнь одиннадцатая
Круг шестой (окончание)
1
Мы подошли к окраине обвала,
Где груда скал под нашею пятой
Еще страшней пучину открывала.
4
И тут от вони едкой и густой,
Навстречу нам из пропасти валившей,
Мой вождь и я укрылись за плитой
7
Большой гробницы, с надписью, гласившей:
«Здесь папа Анастасий заточен,
Вослед Фотину правый путь забывший». *
10
«Не торопись ступать на этот склон,
Чтоб к запаху привыкло обонянье;
Потом мешать уже не будет он».
13
Так спутник мой. «Заполни ожиданье,
Чтоб не пропало время», — я сказал.
И он в ответ: «То и мое желанье».
16
«Мой сын, посередине этих скал, —
Так начал он, — лежат, как три ступени,
Три круга, меньше тех, что ты видал.
19
Во всех толпятся проклятые тени;
Чтобы потом лишь посмотреть на них,
Узнай их грех и образ их мучений.
22
В неправде, вредоносной для других,
Цель всякой злобы, небу неугодной;
Обман и сила — вот орудья злых.
25
Обман, порок, лишь человеку сродный,
Гнусней Творцу; он заполняет дно
И пыткою казнится безысходной.
28
Насилье в первый круг заключено,
Который на три пояса дробится,
Затем что видом тройственно оно,
31
Творцу, себе и ближнему чинится
Насилье, им самим и их вещам,
Как ты, внимая, можешь убедиться.
34
Насилье ближний терпит или сам,
Чрез смерть и раны, или подвергаясь
Пожарам, притесненьям, грабежам.
37
Убийцы, те, кто ранит, озлобляясь,
Громилы и разбойники идут
Во внешний пояс, в нем распределяясь.
40
Иные сами смерть себе несут
И своему добру; зато так больно
Себя же в среднем поясе клянут
43
Те, кто ваш мир отринул своевольно,
Кто возлюбил игру и мотовство
И плакал там, где мог бы жить привольно.
46
Насильем оскорбляют божество,
Хуля его и сердцем отрицая,
Презрев любовь Творца и естество.
49
За это пояс, вьющийся вдоль края,
Клеймит огнем Каорсу и Содом *
И тех, кто ропщет, бога отвергая.
52
Обман, который всем сердцам знаком,
Приносит вред и тем, кто доверяет,
И тем, кто не доверился ни в чем.
55
Последний способ связь любви ломает,
Но только лишь естественную связь;
И казнь второго круга тех терзает,
58
Кто лицемерит, льстит, берет таясь,
Волшбу, подлог, торг должностью церковной,
Мздоимцев, своден и другую грязь.
61
А первый способ, разрушая кровный
Союз любви, вдобавок не щадит
Союз доверья, высший и духовный.
64
И самый малый круг, в котором Дит *
Воздвиг престол и где ядро вселенной,
Предавшего навеки поглотит». *
67
И я: «Учитель, в речи совершенной
Ты образ бездны предо мной явил
И рассказал, кто в ней томится пленный.
70
Но молви: те, кого объемлет ил,
И хлещет дождь, и мечет вихрь ненастный,
И те, что спорят из последних сил,
73
Зачем они не в этот город красный
Заключены, когда их проклял бог?
А если нет, зачем они несчастны?»
76
И он сказал на это: «Как ты мог
Так отступить от здравого сужденья?
И где твой ум блуждает без дорог?
79
Ужели ты не помнишь изреченья
Из Этики, что пагубней всего
Три ненавистных небесам влеченья:
82
Несдержность, злоба, буйное скотство?
И что несдержность — меньший грех пред богом
И он не так карает за него?
85
Обдумав это в размышленьи строгом
И вспомнив тех, чье место вне стены
И кто наказан за ее порогом,
88
Поймешь, зачем они отделены
От этих злых и почему их муки
Божественным судом облегчены». *
91
«О свет, которым зорок близорукий,
Ты учишь так, что я готов любить
Неведенье не менее науки.
94
Вернись, — сказал я, — чтобы разъяснить,
В чем ростовщик чернит своим пороком
Любовь Творца; распутай эту нить».
97
И он: «Для тех, кто дорожит уроком,
Не раз философ *повторил слова,
Что естеству являются истоком
100
Премудрость и искусство божества.
И в Физике прочтешь, *и не в исходе,
А только лишь перелистав едва:
103
Искусство смертных следует природе,
Как ученик ее, за пядью пядь;
Оно есть божий внук, в известном роде.
106
Им и природой, как ты должен знать
Из книги Бытия, господне слово
Велело людям жить и процветать.
109
А ростовщик, сойдя с пути благого,
И самою природой пренебрег,
И спутником ее, *ища другого.
112
Но нам пора; прошел немалый срок;
Блеснули Рыбы над чертой востока,
И Воз уже совсем над Кавром лег, *
115
А к спуску нам идти еще далеко».