ВИНО
(Изъ легенды).
Не знаю, какъ давно
И кѣмъ изречено
Извѣстное присловье:
"Кто любитъ водку пить
И безъ вреда притомъ желаетъ сохранить
Свой разумъ и здоровье:
Не пей украдкой -- за угломъ,
А пей открыто за столомъ;
Не пей отъ горести, отъ сильнаго веселья;
А утромъ, на тощакъ
Не смѣй ты пить ее никакъ,
Особенно съ похмѣлья!.."
Но я-бы къ этому желалъ, друзья, сказать,
Что нужно знать, да-знать
И выпивки размѣры.
А выпившій, хотя открыто, но безъ мѣры,
Не рѣдко человѣкъ, и съ тактомъ, и съ умомъ,
Становится публичнымъ дуракомъ
И, съ водки очумѣлый,
Такихъ-то натворитъ чудесъ въ единый часъ,
Что будетъ каяться, грустить о томъ вѣкъ цѣлый,
И вотъ въ примѣръ сему, разсказъ:
Когда-то въ старину, въ бору, въ глуши сосновой
Какой то труженникъ, спасаясь, обиталъ
И жизнію своей отшельницкой, суровой,
Во всемъ пустынникамъ извѣстнымъ подражалъ.
Питаясь много лѣтъ кореньями, плодами
Съ водою ключевой,
Привыкнувши къ жарамъ, сроднившись съ холодами,
Въ пещеркѣ не большой,
Хоть онъ освободиться
Отъ многихъ прихотей мірскихъ давно успѣлъ,
Но вмѣстѣ съ тѣмъ, сказать по-истинѣ, не смѣлъ
Отъ шума вдалекѣ покоемъ похвалиться,
За тѣмъ что отъ бѣсовъ онъ множество терпѣлъ
Различныхъ искушеній.
Вѣдь, бѣсы, говорятъ, въ тиши уединеній
Привязчивѣй и злѣй,
Чѣмъ въ обществѣ людей!..
Особенно-жь изъ нихъ, всѣхъ больше ополчался
На старца гордости надменно-злобный духъ,
За то, что на себя тотъ очень полагался
И ни къ чему не рѣдко вслухъ
Надъ славой свѣтскою, надъ почестьми смѣялся,
Чины, отличья порицалъ
И будто почиталъ
Всѣ адскія ловушки
За глупыя игрушки.
И вотъ однимъ прекраснымъ днемъ
Тотъ бѣсъ неугомонный,
Упрямымъ старикомъ
До нельзя разозленный,
Задумалъ съ нимъ сыграть
Послѣднюю продѣлку,
Прямѣе вамъ сказать
Сгубить его въ отдѣлку;
И для того онъ принялъ страшный видъ
И такъ пустыннику, явившись, говоритъ:
"Послушай! мнѣ съ тобой возится надоѣло
И я съ сего-же дня готовъ
Искать себѣ другаго дѣла;
Но только нашъ уставъ, къ несчастію, таковъ?
Что прежде, чѣмъ тебя оставить,
Я долженъ сатанѣ о томъ репортъ представить,
Что значитъ письменно донесть,
Въ какіе-бы грѣхи успѣлъ тебя я, ввесть.
Такъ, если хочешь ты со мною развязаться,
Рѣшись, мои милый, самъ
Теперь моимъ словамъ,
Для виду хоть, поддаться
И малость согрѣшить.
Попробуй, напримѣръ, почтеннѣйшій, вкусить
Чего нибудь мяснаго;
Иль пѣсенку пропой, какія ты пѣвалъ,
Когда въ міру живалъ,
Иль корчика два -- три хвати винца роднаго!.."
"Уйди.... уйди.... уйди!...
Исчезни... пропади,
Лукавый соблазнитель!.."
Діаволу въ отвѣтъ
Ворчитъ пустынный житель:
"Съ чего-жъ ты взялъ, чтобъ я, который столько лѣтъ?
Храня воздержности отшельничій обѣтъ,
До сыра, до млека перстомъ не прикасался,
Подъ старость оборвался
И мясомъ постную утробу осквернилъ?
Иль, чистыми устами
Сталъ пѣсни распѣвать съ погаными словами:
И тѣмъ-бы подвиги дней прошлыхъ посрамилъ
Начальству твоему геенскому къ угодѣ!.."
Да и пошелъ, пошелъ читать въ подобномъ родѣ.
"Отлично!.." молвилъ бѣсъ съ улыбкой адски-злой:
"Вотъ два грѣха съ тобой
Мы съ разу помарали;
Теперь послушаемъ, что пѣть ты будешь далѣй,
Какъ, сирѣчь, водочку ты станешь проклинать?.."
"Ну, этого то, врагъ, тебѣ и недождать
До самаго до-свѣта представленья!..
Не повернется мой языкъ во вѣкъ хуленья
На даръ господній отрыгать.
Я знаю, да-вѣдь какъ?. Я знаю отъ писанья,
Что всякое вино во благо намъ дано,
И въ мѣру инокамъ честнымъ разрѣшено;
А только частыя безъ мѣры выпиванья
Губительны душамъ и тѣлесамъ!.."
Качая головой, опять старикъ вѣщаетъ,
А самъ
Съ собою разсуждаетъ:
"Конечно, хоть вина я съ роду не пивалъ,
Но отъ другихъ слыхалъ,
Что ежели его когда по доброй волѣ
Денечка два иль три до сытости по-пить,
То4 на четвертый то ужъ прямо по неволѣ
Отъ пьяной немочи и отъ похмѣльной боли
Придется имъ составъ тѣлесный свой лѣчить,
А тамъ-то, какъ сорвешься
Да будешь каждый день на дрожди подливать,
То до-того допьешься,
Что и своихъ не будешь узнавать.
На эту-то статью врагъ вѣрно усъ и дуетъ,
Чтобъ въ пьянство-то меня, какъ въ блато, затащить
И въ ономъ уходить.
Да-нѣтъ, вѣдь, не надуетъ:
Я если и напьюсь,
То послѣ на похмѣльи,
Хоть трясомъ затрясусь,
Хоть черепъ тресни мой, за пьянственное зелье
Никако не возмусь.
А по-сему, когда лукавый согласиться
За выпивку одну
Отбѣгнуть отъ меня въ невѣдому страну,
Возможно и рѣшиться,
Для избавленія отъ адскаго льстеца
Съ молитвою испить единожды винца..."
Не нужно, кажется, теперь распространяться
О томъ, мои друзья,
Какъ старецъ въ мысляхъ тѣхъ сталъ съ бѣсомъ торговаться
За сколько ковшиковъ хмѣльнаго питія
Былъ долженъ отъ него нечистый отвязаться,
И скоро-ли потомъ,
Оставивъ свой пріютъ, съ единственнымъ рублемъ
До кабачка ближайшаго добрался
И за условный штофъ съ сивухою, принялся...
Скажу лишь только то, что съ перваго ковша
Разнѣжилась его суровая душа,
Сердечко размягчилось,
Быстрѣе кровь по жиламъ заструилась,
И словно спалъ туманъ съ его очей;
Казаться началъ міръ и краше и свѣтлѣй.
Вотъ выпилъ онъ другой,-- и страсти всѣ людскія,
Когда-то бурныя, кипучія, живыя,
Желѣзной волею придавленныя въ немъ
И спавшія насильнымъ сномъ,--
Какъ звѣри сѣвера холодною зимою
Въ своихъ берлогахъ спятъ подъ кровлею снѣговою:
Согрѣтыя пріятной теплотой,
Проснулись, оживѣли
И чувствами его свободно овладѣли!...
Растаялъ весь, старикъ сѣдой,
Забылъ обычныя молитвы, воздыханья,
Труды и подвиги своихъ минувшихъ лѣтъ,
-- Воздержности обѣтъ
И цѣль высокаго святаго упованья!...
Съ несчастью же среда и воздухъ кабака
Докончили все дѣло,--
Добили старика.
И онъ отъ двухъ ковшей горѣлки одурѣлый,
Уже безъ демонскихъ услугъ
Среди оборваныхъ пьянюгъ
Безъ всякаго стыда, безъ всякаго разбору,
Селедки, ветчину, какъ волкъ голодный, жретъ,
Безчинствуетъ, оретъ,
Со всѣми лѣзетъ въ ссору;
Его, конечно, гонятъ вонъ,
Но тутъ, несчастный, онъ,
Ужь въ полное пришедши опьяненье,
Дѣйствительность считая за видѣнье,
А подлинныхъ людей
За давнишнихъ своихъ лютыхъ враговъ, чертей
Бросается на нихъ въ безумномъ изступленьи,
И тѣмъ все дѣло заключилъ,
Что ужасъ, вымолвить!.. убійство совершилъ!
Когда, же протрезвился,
Не въ келейкѣ своей, въ острогѣ очутился
Съ тяжелыми цѣпями на рукахъ:
И въ скоромъ времени, преступникъ осужденный
Онъ кончилъ жизнь свою, заживо погребенный
Въ сибирскихъ рудникахъ.
-----
Читатель! если ты имѣлъ теперь терпѣнье
Баснь эту прочитать съ начала до конца,
Припомни иногда за чаркой изреченье:
"Что нѣтъ на свѣтѣ молодца,
Какой-бы обманулъ винца!..." *)
*) Примѣчаніе. Эта легенда была издана литографически на особомъ листѣ съ рисунками, въ Москвѣ 1873 года мая, 19 дня.