"АXРАРОВЦЫ"
Посвящается выставке АХРР
(Ассоциации художников революционной России)
Отложив на часик политику,
Пускаюсь в "художественную критику".
Знатоки найдут в ней много банальности,
Но ведь я пишу не по своей специальности,
А пишу потому — хоть писать не с руки, —
Что молчат "знатоки".
Объявились такие архаровцы,
— Виноват, "ахраровцы"! —
Художники новые,
Люди очень бедовые,
Ударившиеся со всех четырех копыт
В революционно-советский быт.
Они этой зимою
Бьют челом нам выставкой — шутка ль? — седьмою!
Оглядел я выставку эту.
До чего хороша по сюжету!
Насчет тени, фона
И тона,
И насчет светового канона
Я судить не берусь:
На канон я гляжу, как на молнию гусь.
Не учен. Непонятно.
В светотенях не смыслю, увы, ни аза.
Знаю только: вот это смотреть мне приятно,
А вот это мне режет глаза.
Но на выставке этой,
Ни одним "знатоком" не воспетой,
Все глаза мне ласкало,
Все мне в сердце запало.
Разве этого мало?
Вот картина какого-то парня
"Солеварня".
Вот в бою "Партизаны"
(Что за лица! Герои! Титаны!),
Вот отважный вояка "Рабкор",
Вот "На кухне" прислуга ведет разговор
(Тетка в девку вонзилась в упор
С испытующе-едкою миною).
Залюбуешься этой чудесной картиною!
Вот стоит у корыта убогая "Прачка",
Вот — при старом режиме "Рабочая стачка",
Вот и "гвоздь" — "Заседание сельской ячейки":
На эстраде у стенок скамейки,
На скамейках четыре Антипа,
"Выступает" оратор обычного типа,
Может быть, не совсем разбитной,
Может быть, краснобай не ахтительный,
Но — такой бесконечно родной,
Но — такой умилительный!
Вот кошмар бытовой — "Беспризорные дети"…
Все картины прекрасны, не только что эти!
Вспоминаю далекие дни.
Были пышные выставки, где искони
"Мастера" выставлялись одни,
Мастера, опьяненные славою.
Но все выставки прежние — были они
Буржуазно-салонной забавою.
Все газеты вопили, да как, не по дню,
По неделям, по месяцам — важное дело:
"Гениально! Божественно! Дивное "ню"!"
"Ню"! А попросту — голое женское тело.
Что на выставках было? Портреты кокеток,
На подушках на шелковых морды левреток,
Виды храмов, дворцов и дворянских усадеб,
Сцены жизни дворянской — обедов и свадеб,
"Натюрморты" — десерт и букет хризантем,
Иллюстрации пряные книг соблазнительных…
Сколько тем! Сколько тонко-изысканных тем,
Для дворянского сердца родных, упоительных!
И каков был тогда — тошно вспомнить, каков —
Подхалимски-восторженный визг "знатоков"!!
Нынче чуть не один Петр Семенович Коган
Был ахраровской выставкой нежно растроган
И сказал настоящее слово о ней.
(Почему нет в газетах его манифеста?
Разве нету в "Известиях" Вциковских места?)
Эй, ахраровцы-други, гребите дружней!
И учите других, и учитеся сами,
Чтобы в будущем нас подарить чудесами,
Чтоб писать еще красочней, ярче, сильней.
Вы на верной и славной дороге.
Ваша выставка тем и важна, и сильна,
Что рабочим — Ивану, Демьяну, Сереге —
Много бодрого, яркого скажет она.
Я же вам, хоть не смыслю ни капли в тональности,
Я скажу: "Среди вас уже есть мастера.
Ваша выставка — правда. _А правда — сестра
Гениальности_!"