Радость*

Бывший попечитель Петроградского учебного округа Прутченко сказал: «Увлечение трезвостью – мода. По окончании войны мы приступим к восстановлению прежнего порядка». (Из газет, 20 дек. 1915 г.)

         «Здорово!»

         «А, соседу!»

      «Входи-ка, что ль, во двор!»

Два горьких пьяницы, Артем да Никанор,

   Вступили утречком в беседу:

«Слыхал, Артем? Послал и нам господь победу!»

      «Поди ты! Больно скор!»

«Что ж, натерпелись, чай, за полтора-то года!..

На трезвость, наконец, – слыхал? – проходит мода!»

      «Я думал, ты про что?..»

      «А то про что ж, Артем?

Подумай, пьяниц все бранили не путем.

Ан вот за нас – ведь что случается порою! –

Сановник питерский какой-то встал горою:

„Кому там как, а я без водки нездоров…

Вся трезвость… выдумка пустая докторов…

Им можно пить? А нам? Какой наводят глянец!“

Дай бог ему всего и ныне и вовек!

   Видать, хороший человек

      И пьяница из пьяниц!

Не пьем, грит, потому – война. А победим,

         Так поглядим!..

Казна, грит, ежли что… На всякие онёры…

Не пьем, а будем пить… Всему своя пора…

Нас нечего учить… Все эфти дохтора,

      Не дохтора, а… дохтринёры!..»

   «Ах, в рот ему соленый огурец,

      И что ведь скажет! Ну ж, мудрец!»

      «Русь, говорит, пила издревле,

Творя, однакоже, великие дела.

         Пила и что пила:

Вино – в сто раз вкусней и в десять раз дешевле!»

      «Так, так!.. – поддакивал Артем,

      Томленьем сладостным волнуем. –

Дружище! Миканор! На радостях… пойдем…

         Ознаменуем!»

            «Впрямь, радость!»

   «Господи! Да хоть кому скажи!»

      Друзья восторга не таили

      И нахлестались так ханжи,

Что еле молоком их бабы отпоили…

1915 г.

Артем да Никанор, конечно, простота;

Не то ведь изрекли сановные уста,

Что показалось им, до выпивки охочим.

Сановник, как и все народные враги,

Знал: если водкою не задурить мозги

      Крестьянам и рабочим,

То… сами знаете, чего боялся он.

Теперь сановников мы всех убрали вон.

Они же в свой черед ведут на нас облаву,

И посчастливься им вернуть былые дни,

   Так нашей кровушки они

      Уж попили б на славу.

Любезный друг, Артем! Товарищ – Никанор!

Сумейте ж сволочи господской дать отпор,

Как ни трудненько нам, прикиньте-ка да взвесьте,

Что лучше: у господ ходить на поводу

   Иль, отразив навек беду,

   Запировать… со мною вместе?!

1918 г.