1251
Первое лето, Синь-хай. Летом, в 6-й месяц, князья Западной стороны Бэрхэ и Тохай Темур, князья Восточной стороны Ихэ-Тогань, Ису-хэ, Ацитай, Тацир, Белгэ-тай; полководцы Западной стороны Барици и прочие; полководцы Восточной стороны Ису-буха и прочие снова собрались в урочище Куйтын-ола и сообща возвели Мункэ на императорский престол, на берегах Онони {Хан Куюк умер в апреле 1248 г.; Мункэ вступил на ханство в июле 1251 г. Междуцарствие продолжалось три года и три месяца.}. Шилмынь и брат его Нога не могли остаться спокойными и начали заговор. Хан отправил князей Шару (Сира) и Мункэ-сала с войсками примечать за ними, но так как князья Ису-мункэ и Буринь-хачжар опоздали, то для предосторожности отрядил Булангиртая с корпусом. Потом учинил перемены в правительстве. Младшему своему брату Хубилаю вверил управление монгольским и китайским народом; Тара-олбо, Чацюра, Саинь-одэци и Чжао-би отправил в Янь-цзин (Пекин) для успокоения войск и народа. Мункэ-сала определил судьею, Болхо к объявлению ханских приказов, ко свидетельствова-нию представляемой дани и к докладам, как о придворных, так и о внешних делах; Хонхора поставил главноуправляющим в Хорине, заведывателем дворца и казначейства; Алдара помощником его. Илэга, Кэцибу Бэйэлль {В этом слове столько имен -- невозможно отгадать, потому что я не мог отыскать подобных выговоров в историческом словаре.}, Олбо и Дутдару определил членами Пекинского военного совета; Саинь-одэци и Найчжамидина помощниками их; Ного, Тарахая и Басуху определил членами Баши-белиского {Баши-бели, по-туркестански Чаганьшай, в это время еще под верховной зависимостью монгольских ханов.} совета. Уньдур, Усунь-ахмат и Идэси помощниками их. Ургыня определил членом военного совета на реке Аму, Похаридина и Найчжи-мидина помощниками его. Чагань-иргыня определил главнокомандующим над монгольскими и китайскими войсками в стране Лян-хуай; Даньдара главнокомандующим над монгольскими и китайскими войсками в провинции Сы-чуань; Хортая главнокомандующим над монгольскими и китайскими войсками в Туботе, и всем предписано продолжать войну. Фоиста Хай-юань определил к управлению делами по религии Ши-цзяо, даоса Ли-чжен к управлению делами по религии Дао-цзяо. Исуту Ань-цитая, Чанги, Чжоно, Хэдэду, Килина, Алчура, Асар-хотала и Гангату, державшихся двух сторон, обвинил в возбуждении князей к произведению беспокойств и всех предал казни. После при дворе введены были новые постановления, которых требовали обстоятельства времени. Хан указал отобрать все печати, которые придворными чинами или князьями без разбора были выдаваемы. Князьям, по почте едущим, велено давать не более трех, а в дальний путь не более четырех лошадей. Запрещено князьям самовольно собирать народ к себе, а чиновникам производить поборы с народа под предлогом поездки ко двору. Крестьянам, далеко отвозившим оброчный хлеб, дозволено сдавать его в ближайшие магазины. Отпущены (обратно в Китай) 1500 человек, бывшие при постройке города Хорина. Зимой Янчжу-цзида за сопротивление указу послан в Хатань и там предан казни; дом его описан в казну.
ИЗ ГАН-МУ
Син-хай, одиннадцатое лето. Летом, в шестой месяц, монгольский государь Мункэ возведен на ханство.
По кончине Куюка долго не поставляли государя. В столице и вне все беспокоились. Ныне князь Мугэ, полководец Улань-хада и прочие собрались для совещания, кого возвести на ханский престол. Посланник от ханьши Куюко-вой, присутствуя на собрании, сказал: "Прежде, по завещанию хана Угэдэя, внук его Шилмынь назначен был преемником престола, о чем князьям и все чинам известно. Ныне Шилмынь еще жив, но мнение совета склоняется к другому; где же поместим Шилмыня?" Улань-хада и прочие не послушали его. И так Мункэ по общему избранию вступил на престол в урочище Куйтын-ола; покойного отца своего Тулуя включил в число императоров; в храме предков назвал его Жуй-цзунь. Шилмынь и младший его брат не могли остаться спокойными. Почему Мункэ взял противомысля-щих князей под строгий присмотр, а советников их предал казни. Потом обнародовал при дворе постановления, которых обстоятельства требовали, и прекратил ненужные работы; ярлыки и печати, которые князьям и вельможам без разбора были выданы, приказал все отобрать. С этого времени правление сосредоточилось в одном лице. Улань-хада был сын Субутов.
Осенью, в седьмой месяц, монгольский государь определил младшего своего брата Хубилая главноуправляющим над землями от Шамо к югу, с пребыванием в местечке Цзинь-лянь-чуань.
Указал, чтобы и войска и народ от песчаной Шамо к югу все повиновались власти Хубилая. Вследствие чего тот открыл правление в Цзинь-лянь-чуань. В это время Яо-шу честно жил в Цзи-мынь. Хубилай послал Чжао-би пригласить его, и, когда прибыл Яо-шу, Хубилай крайне обрадовался и принял его как гостя. Яо-шу сочинил и поднес ему книгу, заключающую в себе несколько тысяч иероглифов. Вначале он изложил закон (долг) царей и великие правила, как благоустроить царство и умирять Поднебесную. Все это разделил на восемь глав, как-то: об улучшении себя, об усиленном учении, об уважении мудрых, о горячности к родным, о страхе к небу, о жалости к народу, о любви к добру и отдалении льстецов. Ниже присовокупил 30 статей, касающихся до исправления злоупотреблений тога времени. Хубилай удивился его дарованиям и при каждом внутреннем движении спрашивал его мнения, посему Яо-шу сказал Хубилаю: "Ныне земли, народ и богатство, все заключается в Китае. Князь! Если ты все это приобретешь, то уже нетрудно учиниться сыном неба. Но впоследствии не преминут поссорить вас. Лучше иметь только власть над войсками, а дела вверить чиновникам. Тогда дела потекут благоспешно и порядок утвердится". Хубилай послушал его.
Монголы послали Чаганя и других генералов разными дорогами напасть на Хуай и Шу. Монгольский Хубилай учредил хозяйственную экспедицию в город Бянь и расставил войска для земледелия.
С того времени как Куйтын завоевал провинции, по реке Хань-цзян оставлены были по границе гарнизоны. Впоследствии, когда Сян-ян, Фан-чен, Шеу-чжоу и Сы-чжоу обратно покорились дому Сун, а жители областей Шеу-чжоу и Сы-чжоу разделены были между генералами, то дороги заперлись проходящими в подданство Южного Китая. Хотя монголы производили ежегодно нападение на Хуай и Шу, но полководцы их только для добычи делали опустошения и убийства. Города не имели жителей. Поля поросли кустарниками и дикими травами. Ныне Хубилай по представлению ученого Яо-шу учредил хозяйственную экспедицию в городе Бянь; Мангэ, Ши-тьянь-кхэ, Ян-вэй-чжунги Чжао-би определены членами ее. Они обязаны были употреблять войска для засева полей в областях Тхан-чжоу и Дын-чжоу, выдавать солдатам волов; когда придет неприятель, драться; когда уйдет, заниматься землепашеством. Начиная от Сян-ян и Дын-чжоу, на восток до Цин-кхэу и Тхао-юань расставлены были караулы.
Монголы дали западному духовному Намо титул Го-ши.
Намо был уроженец царства Чжу-цянь в Западном краю. Со старшим его братом Отокци обучался Шагялю-ниеву закону. Некогда хан Куюк указал Отокци носить на поясу золотую двойную печать и дозволил ему пользовать болезни в народе. Сян-цзун еще почтил Намо главою фои-стов в Поднебесной. Отокци также был знаменит и силен.
Объяснение, В основание царству необходимы только обязанности между отцом и сыном, между государем и чинами, между мужем и женою, между старшими и младшими, между друзьями и приятелями. Намо, подлый иноземец Западного края, оставив дом, скитался из прокормления, следовательно, не знал долга пропитывать отца и мать. Обрил голову и распахнул одежду; следовательно, не знал порядка между государем и подданным. Отказавшись от брака, не имел преемника; следовательно, не знал обязанностей супружества. Сидел поджавши ноги под себя или на цыпочках, следовательно, не знал долга между старшими и младшими. Отказался от общежития, бежал от мира; следовательно, не знал связей дружества. Итак, из обязанностей человеческих, служащих основанием государству, он ни единой не имел. Получил титул Го-ши, т.е. учителя государственного; но в чем он мог быть учителем и в чем мог служить примером? Монголы, будучи варварами, конечно, ничего не требовали от него. Впрочем, как они уже оставили валяные свои войлоки и приняли шляпу и пояс (т.е. китайское одеяние), овладели Китаем и назвались императорами, то несовместно было иметь такую невнимательность. Почему нарочно замечено это, чтобы выказать смешение скотов между собою.