Дворянство
Граф Рожер, в 1130 году признанный папой королем Сицилии, разделил оную на три части; первую отдал духовенству, вторую начальникам своего войска, третью оставил себе и сим положил основание феодальной системы, которая давно уже не существует в Европе, но в Сицилии сохранилась и до сего времени. Дворянство или, как его здесь называют, баронство, составляя военное сословие, за право владения обязано по первому требованию короля выходить в поле с определенным числом своих вассалов и за сию обязанность имеет преимущества Mero et Mixto Imperio, то есть власть осуждать на смерть своих подданных, только с тем ограничением, что прежде исполнения приговора должно известить короля. Владетельного баронства, имеющего сие право, считается 378 особ. Старший сын имеет титул отца, младшие называются дон, дочери донна, что соответствует немецкому фон или английскому лорд и леди. В Сицилии очень много дворянства, не имеющего сих преимуществ, почему первенствующее очень дорожит своей родословной; титулы оных суть следующие: князь (principe), герцог, граф и маркиз. Хотя первые два и почитаются старшими последних, но как имеющие княжеские и герцогские титулы возведены в сие достоинство в новейшие времена Филиппом II и Карлом V, испанскими королями, а графы происходят от древнего норманнского дворянства, маркизы же жалованы еще в XV столетии от короля Альфонса, то посему важность сицилийского титула с их древностью находится в обратном содержании.
Сицилийское дворянство, подобном английским лордам, любит странствовать по чужим странам. Там, занимая полезные знания и обычаи, дворяне возвращаются домой без предрассудков и столько же, как духовенство, упражняются в науках, наиболее в словесности. При таком воспитании и образе жизни они в обращении не имеют высокомерной испанской гордости, напротив, они очень внимательны к иностранцам и в вежливости не уступают французам, в гостеприимстве же равняются русским. Щедрость их к бедным всякой похвалы достойна, роскошь в убранстве домов или, лучше, своих дворцов, в собрании статуй, картин, библиотек, музеумов, особенно же страсть иметь лучший экипаж и ливрею производит удивление в каждом путешественнике, и должно отдать им справедливость, что во всех родах расточения они показывают много знания и более вкуса, нежели соседи их неаполитанцы.