ГЛАВА VII.
Въ гостиной никого не было; дамы ушли въ садъ. Когда Кенелмъ идя рядомъ съ мистеромъ Эмлиномъ приближались къ нимъ (сэръ-Томасъ съ мистеромъ Брефильдомъ шли за ними въ нѣкоторомъ разстояніи), первый спросилъ нѣсколько неожиданно:
-- Что за человѣкъ этотъ покровитель миссъ Мордантъ, мистеръ Мельвиль?
-- Едва ли я смогу отвѣтить на этотъ вопросъ. Я его мало вижу когда онъ бываетъ здѣсь. Прежде онъ часто появлялся въ этихъ мѣстахъ съ шайкой легкомысленныхъ молодыхъ людей, полагаю учениковъ Академіи, и останавливался въ Кромвель-Лоджѣ, такъ какъ въ Грасмирѣ имъ нельзя было помѣщаться. Нѣсколько лѣтъ онъ уже не приводилъ этихъ людей и самъ бываетъ лишь на нѣсколько дней. Онъ имѣетъ репутацію очень страннаго человѣка.
Разговоръ на этомъ прекратился. Толкуя, оба они уклонились отъ прямаго пути черезъ лужайку и зашли на отдаленныя тропинки пролегавшія чрезъ кусты; теперь они вышли на открытую лужайку въ томъ мѣстѣ гдѣ стоялъ столъ и все общество собралось лить кофе.
-- Надѣюсь, мистеръ Эмлинъ, послышался веселый голосъ Эльзи,-- что вы убѣдили мистера Чиллингли не обращаться въ католичество. Я увѣрена что вамъ потребовалось на это не мало времени.
Мистеръ Эмлинъ, ревностный протестантъ, слегка отодвинулся отъ Кенелма.
-- Вы думаете обратиться....
Онъ не могъ договорить.
-- Не бойтесь, дорогой сэръ. Я сознался только мистрисъ Брефильдъ что ходилъ въ Оксфордъ чтобы посовѣтоваться съ однимъ ученымъ о вопросѣ затруднявшемъ меня; это такой же отвлеченный вопросъ какъ богословіе, это времяпровожденіе женщинъ въ послѣднее время. Но я не могу убѣдитъ мистрисъ Брефилъдъ что въ Оксфордѣ берутся къ свѣдѣнію и другія жизненныя затрудненія кромѣ тѣхъ какими забавляются женщины.
Говоря это Кенелмъ опустился на стулъ возлѣ Лили. Она отвернулась отъ него.
-- Я опятъ оскорбилъ васъ?
Лили слегка ложала плечами и не отвѣчала.
-- Кажется, миссъ Мордантъ, что между вашими хорошими качествами природа не дала вамъ одного. Ваше лучшее внутреннее Я должно возмѣститъ его.
Лили быстро повернулась лицомъ къ нему. Небо начинало темнѣть; на немъ свѣтила только вечерняя звѣзда.
-- Какъ! Что вы хотите сказать?
-- Какъ прикажете отвѣчать: вѣжливо или правдиво?
-- Правдиво! непремѣнно правдиво! Что за жизнь безъ правды?
-- Даже когда вѣришь въ существованіе фей?
-- Феи правдивы по-своему. А вы нѣтъ. Вы не думали о феяхъ когда вы....
-- Когда я что?
-- Нашли во мнѣ недостатокъ!
-- Не думаю. Но я объясню вамъ мои мысли насколько самъ могу читать ихъ, и для этого прибѣгну къ помощи фей. Предположимъ что фея помѣстила свою избранницу въ колыбель смертной; что она осыпала эту колыбель всевозможными дарами фей какими не надѣлены простые смертные но забыла объ одномъ качествѣ смертныхъ. Избранница выростаетъ чаруя всѣхъ окружающихъ; они балуютъ, ласкаютъ и портятъ ее. Но настаетъ минута когда недостатокъ одного изъ качествъ смертныхъ чувствуется ея друзьями и тѣми кто восхищается ею. Отгадайте что это такое.
Лили подумала.
-- Я вижу что вы разумѣете: то что противоположно правдивости -- вѣжливость.
-- Нѣтъ, не совсѣмъ такъ, хотя вѣжливость случайно и входитъ въ это качество; это очень скромное качество, самое не поэтическое качество; имъ обладаютъ многіе темные люди; однако же безъ него ru одна фея не можетъ очаровать смертнаго когда на лицѣ ея появится первая морщинка. Не можете ли теперь отгадать?
-- Нѣтъ; вы мучаете и раздражаете меня, и Лили капризно топнула ножкой, какъ это уже случилось однажды въ присутствіи Кенелма.-- Говорите прямо, я требую.
-- Миссъ Морданъ, простите меня, я не осмѣливаюсь, сказалъ Кенелмъ склоняя голову какъ бы предъ королевой; и отошелъ къ мистрисъ Брефильдъ.
Лили осталась сердито надувшись.
Сэръ-Томасъ сѣлъ на стулъ оставленный Кенелмомъ.