СЦЕНА VI.
Тѣ-же, отпущенникъ, потомъ Мессалина.
ОТПУЩЕННИКЪ.
Та, кого всегда сопровождаетъ нубійскій рабъ, желаетъ видѣть тебя.
ХЕРЕЯ.
Я жду ее.
(Отпущенникъ уходитъ).
А ты войди туда
И дожидайся. Скоро ты узнаешь,
Что я рѣшу.
(Аквила уходитъ въ среднюю дверь. Входитъ Мессалина подъ покрываломъ; Херея встрѣчаетъ ее).
Привѣтствую красу,
Сокрытую ревнивымъ покрываломъ!
Подобная божественной Фебеѣ,
Что всходитъ тихо на небѣ ночномъ,
Она своимъ чарующимъ сіяньемъ
Мой непривѣтный озаряетъ домъ.
(Приподнимаетъ ей покрывало).
Позволитъ ли она любви дыханьемъ,
Хотя на мигъ, то облако согнать,
Что красоту небесную скрываетъ?
Позволитъ ли взглянуть на тѣ черты,
Которыя такъ ослѣпляютъ взоры,
Что смертному, увидившему ихъ,
Завидовать готовы сами боги!
МЕССАЛИНА.
Позволитъ ли?.. О, да, мой вѣрный другъ!
Но только нынче грустная Фебея
Не принесетъ лучъ счастія съ собой:
Порою ночь темна и неспокойна,
И мрачный ужасъ гонитъ сны любви...
ХЕРЕЯ.
Но чѣмъ моя встревожена царица?
Народнымъ мятежемъ?.. Вѣдь онъ утихъ.
МЕССАЛИНА.
Я знаю. Нѣтъ, не то меня печалитъ.
Порывъ свободы буйный укрощенъ
И двое молодыхъ ея борцовъ
Захвачены. Богамъ, грозившимъ Риму,
Принесена спасительная жертва,
Ихъ гнѣвъ прошелъ, и съ хлѣбомъ корабли
Стремятся въ гавань за попутнымъ вѣтромъ.
Но вслѣдъ опасностямъ минувшимъ вдругъ
Явились новыя, и я, Херея,
Пришла о нихъ предупредить тебя.
Въ тотъ мигъ, когда, казалось, все готово
Для тайной мести, все согласно шло
Съ желаньями твоими и моими
И умыселъ нашъ смѣлый созрѣвалъ,--
Внезапная явилася случайность,
Благодаря которой, можетъ быть,
Избѣгнетъ цезарь ненависти нашей.
ХЕРЕЯ.
Ты говоришь... но развѣ что нибудь
Подозрѣваетъ онъ?..
МЕССАЛИНА.
О, нѣтъ, навѣрно
Калигула не знаетъ ничего.
ХЕРЕЯ.
А если такъ, чего же намъ бояться?
Твоя любовь притворная къ нему --
Полезная, хоть тяжкая для сердца
Необходимость -- во дворецъ всегда
Указывала вѣрную дорогу
Всѣмъ нашимъ замысламъ... Что-жь, развѣ ты
Для цезаря не та же Мессалина?
МЕССАЛИНА.
Да, вѣрный другъ, не дальше, какъ вчера,
Считалось это имя талисманомъ,
Всѣ двери открывавшимъ во дворцѣ,--
Теперь не то, теперь другое имя
Для стражи повелительно звучитъ.
ХЕРЕЯ.
Что хочешь ты сказать?..
МЕССАЛИНА.
А то, что цезарь
Ко мнѣ перемѣнился и другой
Любовью увлеченъ: она всевластно
Царитъ надъ нимъ.
ХЕРЕЯ.
Но кто же та, кого
Бросаетъ рокъ нежданною преградой
Для нашихъ тайныхъ замысловъ?
МЕССАЛИНА.
Дитя
Въ шестнадцать лѣтъ. Ее своей сестрою
Зоветъ Калигула. Дня три назадъ
Она вернулась въ Байю изъ Нарбонны:
Ее привезъ какой-то юный галлъ;
Его зовутъ Аквилою... Ты видишь,
Тутъ заговоръ ужасный противъ насъ
И мы его должны разрушить...
АКВИЛА, у двери.
Боги!
Что говоритъ она? Иль это сонъ?
МЕССАЛИНА.
По приказанью цезаря, насильемъ
Похищена у матери она
И въ Палатинъ къ нему приведена
Сегодня утромъ, не смотря на слезы
И горькія мольбы. Скрываетъ цезарь
Ее отъ всѣхъ, подъ стражей, во дворцѣ
И нынче вечеромъ...
АКВИЛА, порывисто бросаясь къ Хереѣ.
Клянуся Стиксомъ!
Ты говорилъ, что цезаря убить
Желаешь ты, что ищешь человѣка,
Готоваго убійство то свершить --
Онъ предъ тобой!
МЕССАЛИНА.
Ты насъ подслушалъ?..
АКВИЛА.
Да.
ХЕРЕЯ.
Такъ ты согласенъ?
АКВИЛА.
О, скорѣй, сейчасъ-же!
Пусть гибнетъ цезарь отъ моей руки"
Трибунъ, я умоляю: дай оружье,
Кинжалъ иль мечъ -- что хочешь ты...
ХЕРЕЯ.
Постой:
Откуда эта странная рѣшимость
И ненависть?
АКВИЛА.
Ужель не понялъ ты?
Вѣдь Цезаря сестра -- моя невѣста,
Моя любовь похищенная -- Стелла,
Вѣдь я зовусь Аквилою и въ Римъ
Привезъ ее, невинную голубку,
Что къ злому ястребу попалась въ когти!
Онъ сгубитъ жертву... О, скорѣй, скорѣй
Давай кинжилъ... Ее спасти я долженъ!..
Я жду, трибунъ...
ХЕРЕЯ.
Но ты увѣренъ, галлъ,
Въ любви своей невѣсты?
АКВИЛА.
О, проклятье!
Увѣренъ ли я въ этомъ...
МЕССАЛИНА.
Хорошо.
Идемъ со мной: къ ней проведу тебя я,
Исполнятся желанія твои.
АКВИЛА? бросаясь на колѣни.
Ты это сдѣлаешь?.. О, сдѣлай, сдѣлай --
Тебя считать я буду божествомъ,
Я поклонюсь тебѣ...
МЕССАЛИНА, увлекая его.
Идемъ!
АКВИЛА.
Идемъ!