20. МЭДЖ ЛИНВУД
Первым побуждением Ашера было броситься к Мэдж и принять ее в свои объятия. Но прежде чем он оправился от изумления, она сказала:
-- Останьтесь на своем месте, Ашер! Вы не должны обнаруживать радость при виде меня. Нас окружают враги!
Ашер остался на своем месте, в нескольких шагах от девушки. Старуха ушла из шатра, но могла вернуться каждую минуту.
Пока Мэдж говорила, она заметила несколько глаз в отверстии шатра. Между зрителями происходили споры, каждому хотелось лучше видеть, что делается внутри шатра.
-- Мэдж! -- воскликнул Ашер, вполголоса. -- Как вам удалось пробраться ко мне?
-- Мое жилье недалеко отсюда... Вас не ушибли? Вся эта дикая толпа...
-- Вы подумали об этом? Нет, все эти щелчки и щипки только привели меня в неприятное расположение духа. Вы только этот раз меня видели?
-- Нет, я видела, как вы шли с Понтиаком, но не смела заговорить!
-- Я искал вас всюду, Мэдж, и не знал, где вы! Мне тяжело видеть вас в этом проклятом месте! Когда вас притащили сюда?
-- Сегодня -- пятница. Это было в понедельник ночью!
-- Какая ужасная ошибка была отпустить вас идти с Петром!
-- Но его мать была очень больна. Я боялась, что она умрет!
-- Она умерла на следующее утро!
-- Хорошо, что она умерла, не зная об ужасной участи сына!
-- Вы знали, что он убит?
-- Его убили при мне. Он хотел доставить меня домой, как обещал. Мы тихо плыли. Как вдруг к нам приблизилась пирога, в которой были три индейца. Я не поняла, что они сказали Петру, но он испугался и старался грести скорее, чтоб уйти от них. Индейцы последовали за нами. Петр был вынужден грести к берегу, и так как умел мастерски править лодкой, то мы скоро потеряли из виду индейцев. Когда мы очутились в тени береговых кустов, Петр сказал, что мы спасены, и что Серый Волк не тронет нас.
-- Сам черт вмешался в это дело! -- воскликнул Ашер.
-- Вероятно. Потому что не успел бедный Петр произнести эти слова, как около нас появилась индейская пирога. Серый Волк поднял свое ружье. Петр был убит. Меня взяли из лодки и принесли сюда!
-- Скверное дело! Пирога, вероятно, подстерегала вас в кустах, потому что я видел ее там, в следующую же ночь!
Глаза Ашера наполнились слезами, когда он вспомнил свою ревность и несправедливость к Петру Мюр. Канадец сдержал свое обещание и был убит при исполнении долга.
Мэдж и Ашер стояли далеко друг от друга. Юноша предложил ей сесть, но она покачала головой и сказала, что безопаснее и осторожнее стоять на ногах. За ними следило много глаз, чтобы донести все это Понтиаку.
-- В каком шатре поместили вас, Мэдж?
-- С женой Понтиака. Он отсутствует. Индианка обращается со мной так хорошо, как я не вправе была и ожидать!
При этих словах сердце Ашера сжалось тоской. Он видел, что она ровно ничего не подозревает.
-- Вы знаете, как я попал сюда? -- спросил он.
Мэдж кивнула головой. В нескольких словах он рассказал ей все, что с ним случилось, когда он узнал об ее отсутствии.
-- За себя я не боялась и не боюсь, -- добавила Мэдж, -- они не сделают мне зла, кроме того, что задержат меня здесь пленницей. Но, Ашер, сердце мое обливается кровью, когда я думаю о вас!
-- Мы оба в опасности!
-- Не думаю. Индейцы не причинили мне ни зла, ни обиды. Но я страшно испугалась, когда увидела вас с Понтиаком. Я думала, что больше никогда не увижу вас!
-- Когда вы узнали, что я здесь, в плену?
-- Катерина сказала мне, что в прошедшую ночь привели белого пленника, но не видела его и не знала. Предчувствие не обмануло меня. Я упросила ее увидать и найти пленника. Поздно ночью, когда никто не мог видеть ее, она прокралась сюда, прорезала отверстие и узнала вас!
-- Да, -- подтвердил Ашер, -- вот здесь, в это отверстие я видел ее глаз и кончик ее пальца, но не подозревал, что это она. Мэдж, есть ли у вас возможность уйти отсюда?
Она удивленно взглянула на него.
-- Вы думаете, что я не воспользовалась бы сейчас же этой возможностью? Эту ночь я не могла спать, я молилась и думала об этом. Я всегда настороже, я долго поджидала случая. Теперь я начинаю думать, что долго останусь здесь, у Оттавов, долго, до тех пор, пока они убедятся, что я примирилась со своим положением. Тогда они будут доверчивее, и мне может представиться удобный случай для бегства. Ах, отец, мать! Как я подумаю о них! Как болят их сердца за свою Мэдж!
Будучи не в силах справиться со своим волнением, Мэдж закрыла лицо руками. Слезы градом текли по ее лицу.
Ашер Норрис ясно понимал теперь, что Мэдж и не подозревает о настоящей опасности, о страсти к ней Понтиака. Юная и невинная, она не допускает и мысли о чем-либо подобном. Его долг -- предостеречь девушку.
-- Мэдж, Катерина -- ваш верный друг. Она сделает все, чтобы помочь вам, и вы должны, в свою очередь, помогать ей спасти вас!
-- Я знаю, вы говорите правду, никто из индейцев и не подозревает о сочувствии Катерины белым. Но ей не надо подвергать себя опасности!
Вся кроткая, прекрасная натура Мэдж сказалась в этих простых словах. Ее первая мысль была не о себе, а о других. Конечно, индианка могла много помочь ей, но Мэдж готова была отклонить всякую помощь, чтобы не подвергать опасности свою смуглую подругу.
-- Мэдж, Понтиак влюблен в вас и хочет сделать вас своей женой!
Прелестное лицо Мэдж побледнело, темные глаза широко раскрылись от удивления. Она молчала несколько минут.
-- Влюблен в меня? Хочет сделать меня своей женой?..
-- Да, Он никогда не отпустит вас домой. Вы должны бежать и возможно скорее, иначе будет поздно!
-- Ашер, у него есть жена!
-- Что ж из этого? Разве индейцы не имеют по нескольку жен? У некоторых имеются три и четыре жены, которые служат им, вместо вьючных животных. Понтиак не потерпит никакого соперничества. Он велел убить бедного Петра Мюр, потому что знал о его любви к вам!
-- Петр любил меня? Он никогда не сказал ни одного слова!
-- Он был слишком благороден, чтобы говорить об этом, пока не имел надежды, но я знал, что он любил вас. И Катерина подтвердила мне это. Разве она не говорила вам?
-- О Петре? Никогда. Она намекала один раз на Понтиака, но я ничего не поняла тогда!
-- Теперь вы понимаете, Мэдж! Да защитит вас Бог!
-- Но Понтиак никогда ничего не говорил мне о своей любви... ни единого слова!
-- Он выжидает, но поверьте, он не будет долго ждать. Вы скоро узнаете всю ужасную истину из его собственных поганых уст!
Это открытие было слишком ужасно и поразило сначала молодую девушку. Ее женский инстинкт подсказал ей, что слова Ашера полны смысла и правды. Скорее, чем Ашер ожидал, она оправилась от удара.
-- Если Понтиак чувствует любовь ко мне, то он будет относиться ко мне хорошо!
-- Конечно, до тех пор, пока вы будете вынуждены сказать ему "да" или "нет"!
-- О, лучше в тысячу раз умереть, чем сказать ему "да"! Одна мысль о нем!..
Мэдж содрогнулась словно от прикосновения к ядовитой змее.
-- Ашер, -- заговорила она снова, -- как бы то ни было, но я спасена, хотя на короткое время, а вы... вы -- в опасности!
-- Думайте, Мэдж, о себе, а не обо мне! Катерина поможет вам бежать при первом удобном случае.
-- Отчего Понтиак не вернулся вместе с вами?
Ашер не хотел сказать ей всего.
-- Он встретил двух индейских вождей и ушел переговорить с ними!
-- Понтиак хочет убить вас? О, Ашер, вы не должны оставаться здесь!
-- Мудрый совет, дорогая Мэдж! Но как его выполнить? Разве я не воспользовался бы первым случаем, чтобы бежать отсюда?!
-- А что ваш дядя Джо?
-- Джо Спайн? Ах, это мое несчастье! Он уехал из форта раньше, чем я узнал о вашем отсутствии!
Мэдж замолчала. Глубоко задумавшись, она смотрела в землю перед собой. Ашер ждал. Он объяснил ей всю грозившую опасность, и больше ему нечего было говорить.
-- Как это хорошо, что у Понтиака много новых забот и хлопот! -- вдруг сказала Мэдж, словно говоря сама с собой. -- День-два он меня не тронет, но он захочет распорядиться вашей судьбой, Ашер. Понтиак думает, что вы, что вы... любите меня!
Сильно забилось сердце Ашера при этих словах.
Еще в первый раз за все время Мэдж заговорил об этом. Подавив, насколько мог, свое волнение, молодой человек сказал ей:
-- Понтиак спрашивал меня!
-- Негодный! И что вы ответили ему?
-- Я сказал "да", но не пугайтесь, Мэдж! Я ответил ему в том духе, что вас любят все, кто знает, даже его собственный народ. Почему же мне не любить вас? Я не знаю, насколько мой ответ удовлетворил его. Вы можете судить, как ревниво он относится ко всем, кто дерзает смотреть на вас влюбленными глазами!
-- Это может быть, да...
Странное, глухое ворчанье прервало слова Мэдж, и в шатер вошла старая Вамо-ака. Она зорко посмотрела на молодых людей, словно не понимая того, что происходило перед ней, подошла к буйволовым кожам в углу и села на них.
-- Поймет она нас? -- спросил Ашер.
-- Нет, она совершенно глуха и не говорит ни слова по-английски!
-- Я забыл спросить вас, Мэдж, каким образом вам позволили уйти из шатра Понтиака и посетить меня?
-- Я вам говорил, что Понтиак и его жена очень хороши ко мне. Они позволяют не уходить из жилья, куда я хочу, но я осторожна. Жена Понтиака знает порядочно по-английски. Я сказала ей, что пойду повидать белого пленника. Она не запретила мне.
-- Долго вы можете еще остаться здесь?
-- Я пробыла дольше, чем хотела. Но это пустяки, потому что Понтиак не вернулся.
-- А когда он вернется и узнает, что вы были здесь?
-- Что ж тут дурного? Белая пленница хотела повидать белого пленника, такого же несчастного, как она сама! Но мне надо идти, прощайте!
Ашер не успел сказать слова, как Мэдж уже исчезла из шатра.
И пока она шла к себе, в шатер вождя, оттенок величайшего ужаса сменялся отблеском радостной надежды на ее милом юном лице.