ГЛАВА XXVII
Прощание
Завтрак был невеселый, несмотря на то, что Инеса и Конча проявили все свои таланты, чтобы отпраздновать, как можно торжественнее, этот первый пир на берегу. Тут были ветчина с яйцами, копченая лососина и сардины, поджаренный сладкий картофель и маисовые лепешки, аллигаторские груши, мармелад и мед, и еще множество превкусных герметически закупоренных консервов. В защиту от солнца был натянут большой парус, а еда была подана на разостланной скатерти, красиво выделявшейся своею белизною на зеленой траве.
Кофе распространял восхитительный аромат, и ни в чем не было недостатка. Все вместе напоминало о семейном пикнике на моторной лодке.
Но хотя боксер-негр и старался изо всех сил развеселить общество своими остротами и песенками, все же ему не удалось ни в ком вызвать беззаботный смех. И достойный Кид Карсон становился понемногу все молчаливее и задумчивее, не находя внимательных слушателей.
Старый стервятник, усевшись высоко на скале, испускал время от времени пронзительные крики, и это далеко не способствовало улучшению настроения.
Когда завтрак кончился, Фиэльд встал и пошел к лодке вместе с Инесой.
-- Мне надо поговорит с вами, -- сказал он, раскуривая свою трубку.
-- Я уже знаю, -- ответила она. -- Вы сделали какое-то открытие и открытие неприятное...
-- Возможно, -- сказал он немного сухо. -- Я никогда не ожидал, что эта экспедиция будет особенно приятной, но я -- совсем другое дело. Я тренирован в таких делах. Опасности и испытания всегда влекли меня. Мне необходимо довести до конца предпринятое исследование. Пока оно только оплачено ценою жизни Раймонда Сен-Клэра и его спутников, и, насколько я понимаю, наши шансы тоже не велики. Но меня всегда и во всем сопровождала до сих пор известная удача. И вообще для нас, врачей, обстоятельства всегда представляются несколько иными. Мы находимся, если так можно сказать, в дружеских отношениях со смертью. Ваш дедушка поступил таким же образом. Он отважно переступил через порог смерти, чтобы бросить взгляд в самое бессмертие. Вы знаете, что он оставил после себя дневник с несколькими краткими путевыми заметками. Содержание его невелико, но все же он открывает новые широкие горизонты. Я намереваюсь, довершить его открытие. Но так как я сомневаюсь в своем успехе, то я и хочу поручить вам обнародовать записки Сен-Клэра. Вы должны сейчас же вернуться в Иквитос на нашей моторной лодке. Хуамото, Конча и Карсон отправятся с вами и будут охранять вас до прибытия парохода из Пары. Вы поедете прямо в Париж и передадите в Сорбонну интересные документы Сен-Клэра.
В течение этого длинного объяснения Инеса несколько раз выказывала признаки нетерпения.
-- Скажите мне, доктор Фиэльд, -- сказала она холодно, -- вы с предвзятым намерением изменяете своему слову? Или же вы увидели только что, в лодке что-то, что делает для вас мое присутствие затруднительным и нежелательным?
-- Да.
-- Там наверху -- в моторной лодке?
Фиэльд кивнул головою.
-- Угроза или предостережение?
-- Вы можете называть это, как вам угодно. Я видел свидетельство того, что создания, которых мы преследуем, господствуют над силами, которым обыкновенные люди сопротивляться не могут.
-- Я так же мало дорожу жизнью, как и вы, -- сказала пылко девушка. -- В Париже я буду зависеть от родственников, которых я не знаю. Я буду там задыхаться. Здесь у меня, по крайней мере, есть свобода и жизнь в общении с природой, которую я люблю.
-- Вы сами не знаете, о чем говорите, -- сказал Фиэльд, и теплые нотки звучали в его голосе. -- И, кроме того, я должен вам сообщить новость, которая, может быть, заставит вас переменить ваше решение: Мартинец и его сын украли состояние, скопленное профессором Сен-Клэром за долгие годы труда и предназначенные для вашего образования. То, что ваш дедушка будто бы занимался биржевыми спекуляциями, не что иное, как наглая ложь. Это сам Мартинец проиграл ваше состояние на Парижской бирже.
-- Что вы говорите? -- спросила Инеса изумленная, -- этот старый, почтенный адвокат, давнишний друг моего дедушки?!
-- Именно. Между прочим, это он посадил нам на шею Антонио Веласко.
-- Но каким образом сумею я доказать все это?
-- Нет ничего легче. Вместе с заметками, переданными Пакваю вашим дедушкой, находилось также завещание с точным перечислением его имущества в тот момент, когда он покинул Лиму. Итак, сеньорита, на вас возложена немалая задача. И теперь в Париже приближается весна. Когда вы туда приедете, на Елисейских полях будут уже распускаться почки каштановых деревьев. Здесь -- смерть подстерегает вашу прекрасную юность. Там же -- трепещет жизнь.
Молодая девушка смущенно смотрела на большого, серьезного человека, стоявшего перед нею.
-- Это много новостей для одного раза. Но почему вы не рассказали мне всего этого раньше?
-- События мешали мне. И, кроме того, я не мог сопротивляться страстной жажде к приключениям, которую я читал в ваших глазах. У меня было такое чувство, словно эта жажда в родстве с моею собственною... Но это стремление часто бывает опасным для женщины.
Инеса схватила руку Фиэльда. Она смотрела на него снизу вверх, и ее огромные глаза сияли:
-- Я последнее время часто думала о том, что вы сами и есть мое приключение, -- сказала она нежно. -- Я последовала за вами. Отошлите других назад с дневником и завещанием. Здесь некогда стоял мой дедушка: старый, седой, изможденный. Но разве он задумался хотя бы на миг, или почувствовал страх? Нет, доктор, он пошел туда, куда манило его приключение -- удивительное приключение научного открытия... Его кровь течет в моих жилах. И, когда я следую за вами, я следую за ним.
Фиэльд отвернулся, чтобы скрыть свое волнение. Пылкие, страстные речи девушки произвели на него глубокое впечатление. С уст его готовы были сорваться жестокие, расхолаживающие слова. Его обязанностью было быть стойким и не допустить гибели этой прекрасной юности среди загадочных ужасов, скрывающихся на вершине этих гор. Но он не был в состоянии потушить сияние этих глаз грубым возражением...
-- Подумайте о Конче, -- сказал он, вздыхая. -- Вы в некоторой степени ответственны за ее жизнь.
-- Конча не поедет с нами, -- сказала она быстро. -- Отправьте ее с Хуамото и с документами в Иквитос. Но почему вы отворачиваетесь от меня?.. Посмотрите на меня: никогда вы не услышите от меня ни одной жалобы! Я сильнее и ловчее, чем вы думаете. Я могу быть вам очень полезною. Я знаю девственный лес с самого моего детства. Я говорю на местном языке лучше, чем многие. Спросите моего учителя Хуамото.
С возгласом, скорее похожим на стон, Фиэльд повернулся к девушке.
-- Ну, во имя вашего дедушки, -- сказал он и опустил руку на ее плечо. -- Отправляйтесь с нами! Но не благодарите меня. Вы когда-нибудь проклянете мою сегодняшнюю слабость.
Инеса чуть не бросилась на шею Фиэльду, но вовремя сдержалась и улыбнулась. Молодое выразительное лицо все засветилось великой радостью.
Впоследствии Ионас Фиэльд никогда не забывал этого мгновения на Мертвой Реке. Он видел, как Инеса резвыми скачками поспешила в моторную лодку и принялась за мытье посуды. Полчаса спустя, он услышал заглушённый плач Кончи, которой предстояла разлука со своей любимой подругой и покровительницей.
А там, наверху, среди серых скал, на опушке леса раздавался зловещий крик старого хищника.
На следующее утро моторная лодка тихо скользила по маленькой гавани. Прощанье было тяжелое и печальное. Перед отъездом Фиэльд отозвал в сторону Кида-боксера и передал ему чек в Лимский банк и несколько писем.
-- Если ты ничего не услышишь о нас в течение полугода, -- сказал он ему, -- то это значит, что девственный лес поглотил нас. Но если все сойдет благополучно, то мы возвратимся через два месяца, пользуясь моторной лодкой профессора. Мы также позаботились о небольшом запасе керосина. Впрочем, я не желаю, чтобы что-нибудь стало известно о нашей экспедиции, и я прошу тебя охранять Кончу и Хуамото в случае, если черный Антонио...
Широкое опечаленное лицо Кида потемнело.
-- Благодарю тебя, сеньор, за все и постараюсь исполнить все твои приказания. Что касается Антонио Веласко, то я надеюсь, что он больше не попадется на моем пути... Не то ему не поздоровится... А с Хуамото мы уже поговорили. Мы хотим вступить с ним в компанию. Судно, которое ты великодушно подарил нам, снова отправится на рыбную ловлю. Иквитос -- город, который быстро растет, и наша рыба всегда найдет там покупателей. Если же это дело лопнет, то я, может быть, обосную школу бокса, или открою трактир, или, быть может, женюсь -- если Конча захочет...
Фиэльд улыбнулся.
-- Не будь легкомысленным, Кид!
-- Нет, на этот раз это будет на всю жизнь.
Через полчаса моторная лодка уже спускалась по Мертвой Реке. Она словно спешила вон из зловещей гавани к светлым, медленно текущим струям Укаяли.