Неустановленному лицу, ноябрь 1842 (Первоначальная редакция начала письма)*
К № 101. НЕУСТАНОВЛЕННОМУ ЛИЦУ.
<Ноябрь 1842. Рим.>
Первоначальная редакция начала письма.
Как только мне стало свободней, и с мыслей моих свалился[1868] груз забот, которые я берусь обнять всё время, я принимаюсь писать к вам. Я вам хотел многое сказать, но то, что я бы сказал вам, принять бы вам было легко почти в шутку. [К тому же] слова получают право доверия, когда произносятся тем, которого уже мы не видим пред собою, [при] отдаленьи. Душа моя болела о вас во всё время нынешнего пребывания моего [в Москве. Я видел и читал][1869] в чертах лица вечное страданье ваше[1870] и ропот. Я молчал.[1871] Ибо чувства и слова вообще считаются в свете ничтожными.