СЦЕНА 7
Судебный пристав и падрон Фортунато выходят из дому.
Судебный пристав. Да что вы, любезный падрон Фортунато! Вы же взрослый человек, вы же знаете, что это такое.
Фортунато. Ну, не был я там у них никогда, никогда не был. В камере не был, в камере.
Судебный пристав. Так-таки никогда не были в камере?
Фортунато. Да нет же, никогда, говорю вам, никогда!
Судебный пристав. Ну, что же, в другой раз уж не скажете этого.
Фортунато. А зачем должна итти туда моя жена?
Судебный пристав. Для допроса.
Фортунато. И золовкам тоже?
Судебный пристав. А как же? Им тоже.
Фортунато. Значит, и девушкам итти? И девушкам?
Судебный пристав. Да ведь они с замужней сестрой пойдут туда. Чего им бояться?
Фортунато. А они вот ревут, боятся и не хотят итти.
Судебный пристав. Не пойдут — им же будет хуже. Я исполнил свой долг. Я доложу, что все вызваны. А там уж дело ваше. (Уходит.)
Фортунато. Придется итти. Придется. Придется итти, жена. Надень белую накидку, жена! И вы, золовушки, Орсетта и Кекка, — белые накидки! (Громко, за сцену.) Надо, надо итти. Будь они прокляты эти ссоры! Подлецы, сволочи! Ну, вы там, живо у меня! Чего мешкаете? Женщины, девки! Будьте вы все прокляты! Вот сейчас приду, шукну вас, как следует!