47
Через несколько дней снег растаял, и снова наступило настоящее лето. Удивляя всех старожилов, оно стояло ещё не одну неделю, такое жаркое, что шоссе поседело от пыли, а по обочинам его и по взгорью из-под бурой травяной ветоши проглянула зелень. И, точно устав от этой безвременной жары, торопливо стали осыпаться последние листья с ив и тополей.
— Эксцентрическая погода! — сказала Клавдия, греясь под солнышком на завалине дома; она была в тёмном шерстяном платье и чёрном шарфике. — Климат здесь совсем ненормальный.
Несмотря на это решительное утверждение, лицо старой девушки выражало явное удовольствие. Она была чем-то очень довольна и в то же время обеспокоена. Время обеда давно прошло, а она всё не двигалась с места и только изредка вытягивала свою узкую на длинной шее головку и присматривалась, прислушивалась.
Она слышала, как Андрей входил в столовую, как выходил обратно, шумно двинув стулом.
«Ничего, подождёшь! А распорядиться сам не посмеешь», — подумала она, притаиваясь, но тут же оживлённо вскочила, увидев идущую к дому Анну.
Очень редко теперь Анна и Андрей садились за стол вместе, а Клавдии сегодня это было просто необходимо. Подавая второе, волнуясь до сипоты в голосе, она сказала:
— Виктор Павлович и Валентина Ивановна сегодня с законным браком! Сама видела, своими глазами, когда они ходили в поселковый совет.
Андрей опустил вилку и закашлялся. Анна покраснела, но оба не произнесли ни слова и не посмотрели друг на друга.
«Так она решила вытравить из сердца Андрея, — думала Анна о Валентине, возвращаясь на работу. — Да, нашла себе другого, и всю любовь вытоптала. Неужели это легче сделать, чем перестрадать одной?»
* * *
В первую минуту Андрей ощутил от слов Клавдии почти физическую боль и в то же время... невольное облегчение. Потом всё слилось в чувство грусти. Оскорблённая им Валентина сделала новый большой шаг в жизни, совсем отделивший её от Андрея: она точно спряталась за спиной Ветлугина. Думая о ней, Андрей сразу представлял выпуклые карие глаза Ветлугина, его мощные плечи, руки его, которыми он обнимал её.
Встретясь с Ветлугиным, он не смог набраться решимости, чтобы поздравить его, а сразу холодно заговорил о деле. Ветлугин же был добр, уступчив, а когда кто-то, может быть по примеру Клавдии, громко спросил его в присутствии Андрея о здоровье жены, он юношески покраснел от удовольствия.
Он был не на шутку счастлив.
«Ну и пусть! — подумал Андрей — Так мне и надо. Хорошо, что они счастливы. Он красивый, здоровый!.. — Чувство неприязни к Ветлугину шевельнулось в душе Андрея, и он нахмурился от досады на себя. — Определённо красивый, — отметил он, исподлобья посматривая на Ветлугина, — такие нравятся женщинам... Но разве это любовь была у неё, если она могла так скоро уйти к другому?Если назло мне, так это всё равно никуда не годится».