14. ПОРУЧЕНИЕ
Несколько минут прошло в молчании.
Вардас как будто обдумывал только что слышанное.
— А ты что скажешь? — снова обратился к Василию правитель.
— Я вполне согласен с мнением блаженнейшего, — ответил тот.
— И ты!
— Василий мне всегда казался рассудительным человеком, — вмешался Фотий.
— Но кто бы мог помочь нам?
— Купцы! — произнес Македонянин.
— Ты опять прав, Василий, я о них забыл, — воскликнул Вардас. -Действительно, купцы могут быть нам очень полезны в этом деле: их хорошо знают в Киеве, где они бывали не раз, и они легко могут добиться того, чтобы князья их приняли.
— И поднести им в числе даров хотя бы такие благовония, — продолжал Вардас, уже примирившийся с планом Василия, — которые бы обладали нужными нам свойствами… Придворный врач Фока сумеет приготовить такие…
Василий молчал.
Вардас, этот закаленный и видавший всякие виды византийский царедворец, все-таки призадумался над убийством себе подобных.
— Но нам нужно спешить, — пробормотал он. — Сумеет ли Фока приготовить эти благовония?…
— Пусть он отправится в Киев под видом купца и приготовит их на пути, — подал совет Василий.
Вардас ничего не ответил. Он опять глубоко задумался.
В его душе боролись между собой самые разнообразные чувства.
Нельзя сказать, чтобы среди них особенно говорила жалость. Все-таки Вардас был сыном своего века, но он в это время был болен, ждал каждую минуту смертного часа, и заботы о душе, о будущей жизни, занимали его. Однако эта борьба продолжалась в его душе недолго.
Сознание необходимости преступления ради пользы отечества взяло верх. — Пусть так, я согласен, — пробормотал он. — Ты отпустишь мне этот грех, Фотий?
— Можешь быть в этом вполне уверен, дядя, — ответил патриарх, — этот — точно так же, как и все другие.
— Тогда пусть Василий вернется к купцам и объяснит им, чего от них ждет Византия, а потом мы призовем Фоку и объясним ему, что нам нужно от него… Иди, Василий…
Македонянин с низким поклоном патриарху вышел из покоя.
Валлос и его товарищи ждали с замиранием сердца его возвращения.
— Что потребуют с нас? — шептались между собою купцы.
— Только бы не наших голов…
— Но за что же?
— Разве при дворе Михаила-пьяницы спрашивают — за что?
— Но — тсс!…
Василий снова появился перед ними и обвел их своим испытующим взором. — Слушайте, вы! — заговорил он, складывая на груди руки. — Я уже говорил вам, что умирать человеку все равно где…
— Помилуй, могущественный! — завопили купцы, падая на колени перед ним.
— Встаньте и слушайте! Я передаю вам слова нашего могущественного и великого порфирогенета, даже тень которого вы недостойны видеть… Вы немедленно отправитесь снова на Днепр, в Киев, и устроите так, чтобы эти варвары приняли вас в своем покое; там вы поднесете им богатые дары от себя… Вот, что вы должны сделать…
— Великолепный, нас ждет там смерть! — воскликнул Валлос.
— Умрете вы в Киеве или в Константинополе — не все ли равно? Если же вы умрете в Киеве, то спасете ваши головы… Может быть, вы родились под счастливой звездой. Но что об этом говорить! Как я вам сказал, так и будет! С вами отправится еще один человек, с которым вы должны обращаться с почтением, а чтобы вы не посмели убежать, то на ваш корабль будут даны мореходы с военных судов… Согласны?
Купцы из этих слов поняли, что всякое сопротивление излишне.
— Согласны, — разом ответили они, — мы готовы сделать по твоему слову!
— Не сомневаюсь, — ответил Василий.