ПИР НА ВЕСЬ МИР
Посвящается
Сергею Петровичу Боткину
ВСТУПЛЕНИЕ
В конце села Валахчина,
Где житель - пахарь исстари
И частью - смолокур,
Под старой-старой ивою,
Свидетельницей скромною
Всей жизни вахлаков,
Где праздники справляются,
Где сходки собираются,
Где днем секут, а вечером Целуются, милуются,Шел пир, великий пир!
Орудовать по-питерски
Привыкший дело всякое,
Знакомец наш Клим Яковлич,
Видавший благородные
Пиры с речами, спичами,
Затейщик пира был.
На бревна, тут лежавшие,
На сруб избы застроенной
Уселись мужики;
Тут тоже наши странники
Сидели с Власом-старостой (Им дело до всего).
Как только пить надумали,
Влас сыну-малолеточку
Вскричал: "Беги за Трифоном!"
С дьячком приходским Трифоном,
Гулякой, кумом старосты,
Пришли его сыны,
Семинаристы: Саввушка
И Гриша; было старшему
Ух девятнадцать лет;
Теперь же протодьяконом
Смотрел, а у Григория
Лицо худое, бледное
И волос тонкий, вьющийся,
С оттенком красноты.
Простые парни, добрые,
Косили, жали, сеяли
И пили водку в праздники
С крестьянством наравне.
Тотчас же за селением
Шла Волга, а за Волгою
Был город небольшой (Сказать точнее, города В ту пору тени не было, А были головни:
Пожар всё снес третьеводни).
Так люди мимоезжие,
Знакомцы вахлаков,
Тут тоже становилися,
Парома поджидаючи,
Кормили лошадей.
Сюда брели и нищие,
И тараторка-странница,
И тихий богомол.
В день смерти князя старого
Крестьяне не предвидели,
Что не луга поемные,
А тяжбу наживут.
И, выпив по стаканчику,
Первей всего заспорили:
Как им с лугами быть?
Не вся ты, Русь, обмеряна
Землицей: попадаются
Углы благословенные,
Где ладно обошлось.
Какой-нибудь случайностью -
Неведеньем помещика,
Живущего вдали,
Ошибкою посредника,
А чаще изворотами
Крестьян-руководителей -
В надел крестьянам изредка
Попало и леску.
Там горд мужик, попробуй-ка
В окошко стукнуть староста
За податью - осердится!
Один ответ до времени:
"А ты леску продай!"
И вахлаки надумали
Свои луга поемные
Сдать старосте - на подати:
Всё взвешено, рассчитано,
Как раз - оброк и подати,
С залишком. "Так ли, Влас?"
"А коли подать справлена,
Я никому не здравствую!
Охота есть - работаю,
Не то - валяюсь с бабою,
Не то - иду в кабак!"
"Так!"- вся орда вахлацкая
На слово Клима Лавина
Откликнулась,- на подати!
Согласен, дядя Влас?"
"У Клима речь короткая
И ясная, как вывеска,
Зовущая в кабак,Сказал шутливо староста.Начнет Климаха бабою, А кончит - кабаком!" - "А чем же! Не острогом же Кончать-ту? Дело верное, Не каркай, пореши!" Но Власу не до карканья.
Влас был душа добрейшая,
Болел за всю вахлачину -
Не за одну семью.
Служа при строгом барине,
Нес тяготу на совести
Невольного участника
Жестокостей его.
Как молод был, ждал лучшего,
Да вечно так случалося,
Что лучшее кончалося
Ничем или бедой.
И стал бояться нового,
Богатого посулами,
Неверующий Влас.
Не столько в Белокаменной
По мостовой проехано,
Как по душе крестьянина
Прошло обид… до смеху ли?..
Влас вечно был угрюм.
А тут - сплошал старинушка!
Дурачество вахлацкое
Коснулось и его!
Ему невольно думалось:
"Без барщины… без подати…
Без палки… правда ль, господи?"
И улыбнулся Влас.
Так солнце с неба знойного
В лесную глушь дремучую
Забросил луч - и чудо там:
Роса горит алмазами,
Позолотился мох.
"Пей, вахлачки, погуливай!"
Не в меру было весело:
У каждого в груди
Играло чувство новое,
Как будто выносила их
Могучая волна
Со дна бездонной пропасти
На свет, где нескончаемый
Им уготован пир!
Еще ведро поставили,
Галденье непрерывное
И песни начались!
Как, схоронив покойника,
Родные и знакомые
О нем лишь говорят,
Покамест не управятся
С хозяйским угощением И не начнут зевать,Так и галденье долгое За чарочкой, под ивою, Всё, почитай, сложилося В поминки по подрезанным, Помещичьим "крепям".
К дьячку с семинаристами
Пристали: "Пой веселую!"
Запели молодцы. (Ту песню - не народную - Впервые спел сын Трифона, Григорий, вахлакам, И с "Положенья" царского, С народа крепи снявшего, Она по пьяным праздникам Как плясовая пелася Попами и дворовыми,Вахлак ее не пел, А, слушая, притопывал, Присвистывал; "веселою" Не в шутку называл.)