Глава XXII
Подполковник Смирнов
Андрей Андреевич Хлебников не то чтобы привык к мысли о своём одиночестве, но размеренная, трудовая жизнь постепенно успокаивала его. Он засыпал с мыслью, что следующий день его жизни размечен по часам, что у него нет времени для грустных размышлений. Лекции, консультации, совещания. Всё шло заведённым порядком. Лишь однажды произошёл странный случай: дважды, поздно ночью, зазвонил телефон. Андрей Андреевич несколько раз повторил в трубку, что он слушает, – никто не ответил. Очевидно, позвонили по ошибке.
Не забывали Андрея Андреевича и его ученики. Среди них были уже известные стране люди. Одни всё ещё приходили к нему за советами, другие для того, чтобы просто поглядеть на своего учителя, узнать, не терпит ли он в чём нужды в это суровое время. Поэтому Андрей Андреевич нисколько не удивился, когда к нему однажды явился молодой подполковник, один из недавних его учеников, Николай Дмитриевич Смирнов.
Смирнов приехал с Западного фронта. Он много рассказывал о том, что видел и сам пережил.
В беседе за чаем они вспомнили общих знакомых, Смирнов сказал:
– Однако у вас превосходная память, дорогой учитель. Сколько людей, можно сказать, прошло через ваши руки, и всех вы помните – вот что удивительно.
– Ну, далеко не всех. За тридцать шесть лет разве всех упомнишь?
– Кстати, вы, кажется, были доцентом в Рижском политехникуме?
– Как же, три года. С девятьсот седьмого по одиннадцатый.
– А не помните ли вы студента старшего курса по фамилии Краузе. Густав Максимильянович Краузе?
– Краузе? Позвольте, Краузе... Он когда окончил политехникум?
– Именно в те годы.
– Краузе... Нет, вы напрасно хвалили меня – не помню. Да ведь 30 лет прошло, это не шутка.
– Конечно.
– Но вот был у меня инженер Головин, тоже рижанин, и как раз тех лет. Он помоложе и, вероятно, помнит.
– Головин? Он москвич?
– Старый москвич. Теперь работает на Урале.
– И учился в Риге, в политехникуме?
– Он недавно ко мне заходил. Но, насколько я помню, он кончал курс, когда я уже покинул Ригу. Учился он у Розена, так что там мы не встречались... Рижан, вероятно, по тем временам, Головин хорошо помнит.
– Прекрасно, – оказал Смирнов, – ещё одна просьба к вам, Андрей Андреевич... Не говорите никому о разговоре, который у нас был сегодня.
– По поводу этого Краузе?.. – Андрей Андреевич долгим взглядом посмотрел на Смирнова. – Понимаю... Понимаю.
Крепко пожав руку Андрею Андреевичу, подполковник пожелал ему доброй ночи.