CCXXV
Двенадцать звезд, двенадцать светлых жен,
Веселых и пристойных в разговоре,
И с ними солнце – в лодке на просторе
Я увидал – и был заворожен.
Нет, ни отплывший за руном Язон,
Ни пастырь, что навлек на Трою горе,
Такой ладьей не бороздили море,
Хотя о них шумят со всех сторон.
Мне встретилась потом их колесница.
Стыдливая Лаура, ангел тихий,
Чудесно пела, сидя в стороне.
Не всякому подобное приснится.
Кто б их ни вез – Автомедонт иль Тифий,
Завиднее удел не ведом мне.