111. Л. С. ПУШКИНУ
Конец января — первая половина февраля 1825 г. Из Михайловского в Петербург.
Я с тобою не бранюсь (хоть и хочется) по 18 причинам: 1) потому что это было бы напрасно… Цыганов, нечего делать, перепишу и пришлю к вам, а вы их тисните. Твои опасенья насчет приезда ко мне вовсе несправедливы. Я не в Шлиссельбурге, а при физической возможности свидания лишить оного двух братьев была бы жестокость без цели, следственно вовсе не в духе нашего времени, ни… —
Жду шума от Онегина; покамест мне довольно скучно: ты мне не присылаешь Conversations de Byron[125], добро! но, милый мой, если только возможно, отыщи, купи, выпроси, укради Записки Фуше и давай мне их сюда; за них отдал бы я всего Шекспира; ты не воображаешь, что такое Fouché[126]! Он по мне очаровательнее Байрона. Эти записки должны быть сто раз поучительнее, занимательнее, ярче записок Наполеона, т. е. как политика, потому что в войне я ни черта не понимаю. На своей скале (прости боже мое согрешение!) Наполеон поглупел — во-первых, лжет как ребенок,[127] 2) судит о таком-то не как Наполеон, а как парижский памфлетер, какой-нибудь Прадт или Гизо. Мне что-то очень, очень кажется, что Bertrand и Monthaulon[128] подкуплены! тем более, что самых важных сведений именно и не находится. Читал ты записки Napoléon[129]? Если нет, так прочти: это, между прочим, прекрасный роман, mais tout ce qui est politique n’est fait que pour la canaille[130].
Довольно о вздоре, поговорим о важном. Мой Коншин написал, ей-богу, миленькую пьесу Девушка влюбленному поэту — кроме автора́ми. А куда он Коншин! его Элегия в Цветах какова? Твое суждение о комедии Грибоедова слишком строго. Бестужеву писал я об ней подробно; он покажет тебе письмо мое. По журналам вижу необыкновенное брожение мыслей; это предвещает перемену министерства на Парнасе. Я министр иностранных дел, и кажется, дело до меня не касается. Если Палей пойдет, как начал, Рылеев будет министром. — Плетнев неосторожным усердием повредил Баратынскому; но Эда всё поправит. Что Баратынский?.. И скоро ль, долго ль?.. как узнать? Где вестник искупленья? Бедный Баратынский, как об нем подумаешь, так поневоле постыдишься унывать. Прощай, стихов новых нет — пишу Записки, но и презренная проза мне надоела.
Приехал граф Воронцов? узнай и отпиши мне, как отозвался он обо мне в свете — а о другом мне и знать не нужно.
Присоветуй Рылееву в новой его поэме поместить в свите Петра I нашего дедушку. Его арапская рожа произведет странное действие на всю картину Полтавской битвы.