CCCCXCVI. Луцию Папирию Пету, в Неаполь
[Fam., IX, 21]
Рим, октябрь 46 г.
Цицерон Пету привет.
1. В самом деле так? Тебе кажется, что ты безумствуешь, подражая, как ты пишешь, молниям моих слов? Ты безумствовал бы в том случае, если бы не мог достигнуть этого; но раз ты даже превосходишь меня, то тебе следует посмеяться скорее надо мной, нежели над собой. Поэтому у тебя нет никакой надобности заимствовать у Трабеи2466; скорее это моя ошибка. Однако кем кажусь я тебе в своих письмах? Неужели я говорю с тобой простонародным языком? Не всегда ведь одним и тем же образом, и, право, что сходного между письмом и речью в суде или на народной сходке? Более того, даже судебные дела я обычно не веду все по одному способу. Частные дела и притом легкие я излагаю более просто; дела о гражданских правах или о добром имени, разумеется, — более красн о; письма же я обычно тку из обыденных слов.
2. Но как это тебе пришло на ум, мой Пет, утверждать, что все Папирии всегда были только плебеями? Ведь были патриции младших родов2467, первым из которых был Луций Папирий Мугиллан, бывший цензором вместе с Луцием Семпронием Атратином, после того как он ранее вместе с ним же был консулом через 312 лет после основания Рима2468. Но тогда вы именовались Паписиями. После него тринадцать занимало курульное кресло2469 до Луция Папирия Красса, который первый перестал носить имя Паписия2470. Он был назначен диктатором (одновременно начальником конницы был Луций Папирий Курсор2471 ) через 415 лет после основания Рима, а четыре года спустя избран консулом вместе с Гаем Дуилием2472. Следующим после него был Курсор, человек, удостоенный больших почестей2473; затем бывший эдил Луций Массон; затем многочисленные Массоны. Думаю, что изображения всех этих патрициев2474 у тебя имеются.
3. Затем следуют Карбоны и Турды; эти были плебеями; ими ты, полагаю я, можешь пренебречь. Ведь кроме того Гая Карбона2475, которого убил Дамасипп, никто из племени Карбонов не был гражданином. Мы знали Гнея Карбона и его брата, шутника. Что бесчестнее их? Об этом моем друге, сыне Рубрии, я ничего не говорю. У него было трое братьев: Гай, Гней, Марк Карбоны. Марк, по обвинению со стороны Публия Флакка, был осужден за большие хищения в связи с Сицилией2476. Гай, будучи обвинен Луцием Крассом, говорят, принял кантариды2477; он был мятежным народным трибуном и, как считали, применил насилие к Публию Африканскому2478. Но что касается того, который был казнен нашим Помпеем в Лилибее2479, то никто не был бесчестнее, по моему мнению. Далее, его отец2480, обвиненный Марком Антонием, как считают, оправдался при помощи сапожных чернил2481. Поэтому мое мнение — что тебе следует обратиться к патрициям. Какими несносными были плебеи, ты видишь.