DCCCL. От Марка Юния Брута Цицерону, в Рим

[Brut., I, 11]

Диррахий, начало мая 43 г.

Брут Цицерону привет.

1. Отношение Вета Антистия к государству⁴⁵⁸⁰ таково, что он, без сомнения, по отношению к Цезарю и по отношению к Антонию проявил бы себя самым ревностным поборником всеобщей свободы⁴⁵⁸¹, если бы ему мог представиться случай; ведь тот, кто, встретившись в Ахайе с Публием Долабеллой, располагавшим солдатами и всадниками, предпочел подвергнуться любой опасности из-за коварства разбойника, вполне готового на всё, но не допустить, чтобы казалось, будто он либо был вынужден дать деньги негоднейшему и бесчестнейшему человеку, либо охотно дал их, — тот добровольно и обещал и дал нам 2 000 000 сестерциев из своих денег⁴⁵⁸² и, что много дороже, предложил свои услуги и присоединился к нам.

2. Мы желали убедить его остаться в лагере в качестве императора и защищать государство; но он решил отправиться домой⁴⁵⁸³, так как он распустил войско; но он подтвердил, что немедленно возвратится к нам, взяв на себя посольство⁴⁵⁸⁴, если консулы не созовут преторских комиций; при таких его взглядах на положение государства я настоятельно советовал ему не откладывать на другое время своего соискания; его поступок должен быть приятен всем, кто только считает, что это войско должно принадлежать государству, тебе же — настолько приятнее, насколько с б о льшим и присутствием духа и славой ты защищаешь нашу свободу и сколь б о льшим достоинством ты будешь наслаждаться, если благодаря нашим замыслам будет достигнут исход, какого мы желаем. И я, мой Цицерон, особенно и по-дружески прошу тебя любить Вета и согласиться на то, чтобы возможно более был возвеличен тот, кого — хотя его и ничем невозможно отпугнуть от намеченного — всё же удастся побудить твоими похвалами и благожелательностью к тому, чтобы он еще более держался своего решения и соблюдал его. Это будет очень приятно мне.