DCCCLXXXV. Дециму Юнию Бруту Альбину, в провинцию Цисальпийскую Галлию

[Fam., XI, 14]

Рим, конец мая 43 г.

Марк Туллий Цицерон шлет большой привет избранному консулом, императору⁴⁸⁴⁸ Дециму Бруту.

1. Я необычайно рад, мой Брут, что ты одобряешь мои советы и мои предложения насчет децемвиров⁴⁸⁴⁹ и насчет возвеличения юноши⁴⁸⁵⁰. Но что в том. Поверь мне, человеку не хвастливому: я уже в полном бездействии, Брут; ведь моим орудием был сенат; он уже распался. Твой достославный прорыв из Мутины, бегство Антония после истребления его войска подали столь сильную надежду на несомненную победу, что общее напряжение прошло, а мои те необычайные усилия⁴⁸⁵¹ кажутся как бы скиамах и ями⁴⁸⁵².

2. Но — чтобы вернуться к делу — те, кто знает Марсов и четвертый легионы, полагают, что их ни на каких условиях невозможно привлечь на твою сторону⁴⁸⁵³. Насчет денег, которые тебе нужны, принять меры возможно и они будут приняты. Насчет вызова Брута⁴⁸⁵⁴ и оставления Цезаря⁴⁸⁵⁵ для защиты Италии я вполне согласен с тобой. Но, как ты пишешь, у тебя есть хулители; я, со своей стороны, очень легко сдерживаю их, но они все-таки создают затруднения. Ждут прибытия легионов из Африки.

3. Но возобновление войны там у вас⁴⁸⁵⁶ вызывает у людей удивление. Это оказалось наибольшей неожиданностью; ведь после известия о победе, полученного в день твоего рождения⁴⁸⁵⁷, мы видели государство освобожденным на многие века. Новые страхи распустили то, что было соткано. В том письме, которое ты отправил в майские иды, ты написал мне, что ты только что получил от Планка письмо с извещением, что Лепид не принимает Антония⁴⁸⁵⁸. Если это так, то все становится легче; в противном случае задача большая; исход ее не пугает меня; за тобой дело. Я не могу сделать больше того, что я сделал. Но тебя жажду видеть самым великим и самым славным из всех; надеюсь на это.