Глава пятая
МИССИОНЕРЫ И ПОСЕЛЕНЦЫ. КУПЦЫ И ТУРИСТЫ
I
XVII в. — Подробное исследование уже открытых стран. — Португальские миссионеры в Абиссинии. — Итальянские миссионеры в Конго. — Французские колонии в Западной Африке и на Мадагаскаре. — Европейские миссионеры в Тибете, Индокитае и в Китайской империи.
XVII в. резко отличается по своему характеру от эпохи великих географических открытий. Путешественникам оставалось главным образом дополнить добытые сведения новыми фактами и подробностями. Столь же сильно отличается XVII в. и от последующего столетия. Научные методы географических исследований еще не были разработаны. Астрономам и мореплавателям предстояло ввести их в употребление в XVIII столетии.
Дневники и записки первооткрывателей оказали в некоторой степени вредное влияние на умы современников, донельзя возбудив любопытство преувеличенными и зачастую анекдотическими рассказами о новых заокеанских землях. В этом отношении исследователи XVII в. мало чем отличаются от своих предшественников. Сообщая о нравах и обычаях народов, о природных богатствах далеких стран, они почти всегда описывают внешнюю сторону явлений и событий, не задаваясь целью проникнуть в глубь вещей, чтобы постичь самую суть увиденного. Путешественник XVII в., как правило, — поверхностный наблюдатель. Он торопится объехать все страны, открытые столетием раньше, даже не думая серьезно и всесторонне изучить новые континенты и острова.
Сказочные богатства, неожиданно хлынувшие в Европу после открытия Америки и Островов пряностей, не замедлили вызвать экономический кризис.
Торговля да и промышленность трансформируются и меняют географическую привязку. Открыты новые пути, появились новые посредники, зародились новые потребности, возросла роскошь, и желание быстро составить состояние при помощи спекуляций вскружило много голов. Венеция, с точки зрения коммерческой, умирает. Голландцы, по удачному выражению Леруа-Болье, становятся «общеевропейскими поставщиками и торговыми посредниками». Англичане в то же время кладут начало своей обширной колониальной империи. Вслед за торговцами в новые страны устремляются миссионеры-проповедники. Целыми толпами пробираются они во вновь открытые страны, совмещая проповедь Евангелия с изучением и описанием этих земель. Проповедническое усердие составляет одну из характерных черт XVII в., и мы должны признать, что география и исторические науки многим обязаны этим жертвенным, образованным и скромным людям. Путешественник или завоеватель только проезжает по стране, а миссионер живет в ней иногда по многу лет. Ему, конечно, легче познакомиться с историей и культурой изучаемых народов, и совершенно естественно, что многим миссионерам наука обязана обстоятельными описаниями, на которые опирались позднейшие исследователи.
Особенно большую роль миссионеры играли в изучении Африки, главным образом Абиссинии. Что знали об этом большом треугольной формы континенте в XVII в.? Ничего, кроме его побережий, — так говорят! Это ошибка. С незапамятных времен Астапус и Бахр-эль-Абьяд, два истока Нила, были известны античным географам. Те даже продвинулись до области великих внутриконтинентальных озер, если судить по списку народов и стран, найденному г-ном Марьеттом в Карнаке. В XII в. арабский географ Идриси составил для короля Сицилии Рожера II великолепное описание Африки, в котором подтвердил это предположение. Позднее Кадамосто и Ибн-Баттута пересекают Африку, причем последний доходит до Тимбукту. Марко Поло утверждал, что Африка со всех сторон омывается морем и только узкий Суэцкий перешеек соединяет ее с Азией. Он первый из европейцев сообщил о Мадагаскаре. Наконец, когда португальцы после Васко да Гамы уже постоянно плавали вдоль берегов Африки, некоторые из них проникали в Абиссинию; вскоре между этой страной и Португалией установились дипломатические отношения. Нам уже приходилось упоминать о Перу ди Ковильяне и Франсишку Алварише. Вслед за ними в Абиссинии водворилось несколько португальских миссионеров, среди которых нужно назвать Педру Паиша и Жируме Лобу.
Педру Паиш, занимавшийся проповеднической деятельностью на Малабарском берегу, переправился в Восточную Африку и после разных приключений в 1603 г. проник в Абиссинию. Он много путешествовал по этой стране и в 1613 г. не только добрался до истоков голубого Нила, но и правильно объяснил причину нильских разливов. Этот факт впоследствии оспаривался шотландским путешественником Брюсом, несмотря на то что его данные во многом согласуются с описанием Паиша. В 1604 г. Паиш, прибывший к царю За Денгелу, проповедовал с таким успехом, что обратил весь царский двор. Вскоре он уже имел такое влияние на абиссинского монарха, что тот написал послание папе и испанскому королю, предлагая им свою дружбу и прося у них людей, способных просветить его народ.
Монарх Жируме Лобу высадился в 1625 г. в Абиссинии вместе с Афонсу Минезишем, который был послан туда в качестве патриарха Эфиопского. Но времена изменились. Абиссинский негус, обращенный Педру Паишем в христианскую религию, был убит; его преемник, также прибегавший к услугам португальских миссионеров, умер. В Абиссинии началось движение, направленное против католиков. Многие миссионеры были изгнаны либо схвачены, заключены в тюрьмы, проданы туркам. Лобу был уполномочен собрать необходимую сумму для выкупа португальских монахов из рабства. С этой целью он отправился из Эфиопии в Бразилию, потом посетил многие города Испании, а также побывал в Риме, представив папе отчет об эфиопской церкви и нравах местных жителей. (Самое интересное в его отчете — описание истока Нила из озера Тан.) Впоследствии Лобу совершил также путешествие в Индию и умер в Лиссабоне в 1678 г.
На берегу Атлантического океана в Конго португальцы пытались ввести христианство сразу же после открытия страны. Сначала туда были посланы монахи-доминиканцы, но так как они не добились никакого успеха и негры упорно продолжали придерживаться своих прежних верований, то папа, с согласия португальского короля, послал в Конго итальянских проповедников-капуцинов. Один из них, Антонио Кавацци, с 1654 по 1668 г. жил в Анголе и проявлял такое непомерное «апостольское усердие», что приобщал негров к христианству репрессивными мерами: сжигал идолов, сурово осуждал племенных вождей за древний обычай многоженства, подвергал мучительным пыткам тех, кто отказывался принять новую веру.
В 1687 г. в Риме были изданы записки Кавацци. Автор сообщает, что влияние португальцев распространилось на двести или на триста миль в глубь страны, где вырос большой город Сан-Сальвадор, в котором было 50000 жителей, двенадцать церквей, иезуитская коллегия.
Около 1578 г. португальский путешественник Дуарти Лопиш в своем описании Конго дал много точных сведений, впоследствии использованных миссионерами. На карте, сопровождавшей его рассказ, показано озеро Замбрэ на месте, занимаемом озером Танганьика, а чуть дальше на запад — озеро Акве-Лунда, откуда вытекает река Конго; у экватора показаны два озера: одно — Нильское озеро, а другое, расположенное восточнее, носит название Колюэ; кажется, это водоемы, известные ныне под названиями Альберт и Виктория-Ньянса. Однако эта столь любопытная информация была отвергнута географами XIX в., оставившими огромное белое пятно внутри Африканского континента.
В 1637 г. одна из французских экспедиций поднялась на довольно большое расстояние вверх по Сенегалу. Колония в Западной Африке значительно расширилась благодаря стараниям Андре Брю, которому был присвоен официальный титул «управляющего от имени короля и главного директора французской королевской компании на берегах Сенегала и в других областях Африки».
Хотя Андре Брю мало известен и биографические словари дают о нем весьма лаконичные сведения, тем не менее путешественник занимает одно из первых мест среди исследователей Западной Африки. Не довольствуясь расширением колонии, он исследовал прилегающие к Сенегалу области, в которые проникли после него путешественники только второй половины XIX в., в частности капитан Маж.
Андре Брю расширил французские владения на востоке за пределы слияния рек Сенегала и Фалеме, на севере до Аргена, который мы после оставили, сохранив свои права; а на юге — до островов Бисао. Он исследовал во внутренних районах страны Галам и Бамбук, изобилующий золотом, и собрал первые документальные сведения о пулах, пслах и фулах, о йолоффах и мусульманах, пришельцах с севера, которые попытались подчинить своей религии все черное население страны. Сведения, собранные Брю об истории и переселении африканских народов, чрезвычайно ценны и до сих пор еще дают интересный материал географам и историкам. Брю не только оставил нам рассказ о фактах, которые были известны ему как очевидцу, и описание лично им посещенных мест, но и сообщил любопытные подробности о природных богатствах, флоре и фауне Западной Африки.
К юго-востоку от материка французы в первой половине XVII в. основали несколько факторий на острове Мадагаскар, известном долгое время под именем острова Св. Лаврентия. Воздвигнув на южном берегу форт Дофин, они исследовали прибрежные области и в 1649 г. овладели Маскаренскими островами. Первый комендант этой крепости Флокур обращался с туземцами с такой жестокостью, что вызвал на Мадагаскаре всеобщее восстание, что и послужило причиной его смещения с должности. Путешествия внутрь Мадагаскара были чрезвычайно редки, и только в наше время (в середине XIX в.) французы приступили к серьезному исследованию острова.
Немногие из европейцев, проникшие в течение XVII в. в Индокитай и Тибет, также были миссионерами. (В 1624 г. из Индии в Тибет отправился монах Антонио де Андради; он был первым европейцем, перевалившим через Гималайский хребет. Вступив на территорию Тибета, он добился разрешения на въезд христианских миссионеров в эту страну и впоследствии основал в Цапаранге духовную миссию. Еще раньше иезуит Бенто да Гоэш поехал из Индии в Китай, поставив своей целью выяснить, являются ли «Сина» и «Китай» одной и той же страной или это, — как думали тогда, — два разных государства. Гоэш умер в пути, не дойдя до Китая, но незадолго до смерти ему удалось установить, что «Сина» и «Китай» — одна и та же страна (Китай).
Сочинения этих и некоторых других миссионеров содержали много ценных сведений о странах, которые были так долго скрыты от европейцев.)* В той же связи нельзя не упомянуть и о деятельности в Кохинхине и Тонкине португальского миссионера Тейшейры, который занимался там астрономическими наблюдениями. Результаты его исследований показали со всей очевидностью, насколько ошибочны были определения долгот, данные для этих областей Птолемеем. Проделанная португальцем работа заставила картографов и космографов XVII в. заняться уточнением конфигурации стран Дальнего Востока и вызвала необходимость более точных наблюдений, которые предстояло в дальнейшем провести ученым-специалистам и мореплавателям, хорошо знакомым с астрономическими вычислениями.
Страной, особенно привлекавшей европейских миссионеров, был Китай — обширная, густонаселенная империя, которая с тех пор как европейцы проникли в Индию, упорно старалась не допускать чужеземцев в свои пределы. Только в конце XVI в. несколько миссионеров наконец получили разрешение на въезд в Небесную империю. Знакомство европейцев с математическими науками и астрономией облегчило им пребывание в этой стране и дало возможность собрать — частью по древним летописям, частью во время самих путешествий — множество сведений, крайне важных для изучения истории, этнографии и географии Китая. Миссионеры в свою очередь впервые познакомили китайцев с европейскими науками и искусствами и распространили на Западе первоначальные и во многом правдоподобные сведения о китайской цивилизации.