Гамп повиновался. Медленно и изящно махая крыльями, он приземлился на крышу и затих.
18. В галкином гнезде
— Да, — произнёс Гамп писклявым голосом, который никак не вязался с внушительными размерами его туловища, — это было самое яркое впечатление в моей жизни. Последнее, что я отчётливо помню, — это прогулка по лесу и громкий звук выстрела. Возможно, какой-то охотник застрелил меня тогда, что означало мой конец. И вдруг я здесь, и снова живой. С четырьмя чудовищными крыльями и телом, которое, осмелюсь заметить, если его приделать к любому уважающему себя животному или птице, заставит их зарыдать от стыда. Что всё это значит? Я болван или чудовище? — Говоря всё это, Гамп смешно затряс своей бородой.
— Пока что вы вещь, — ответил Тип, — с головой болвана. Мы построили и оживили вас с тем, чтобы вы перенесли нас по воздуху туда, куда мы пожелаем.
— Что ж, чудесно, — вздохнула вещь. — Раз я не болван, у меня не может быть дурацкой гордости и независимости духа. Поэтому я могу стать кем угодно, в том числе и вашим слугой. Остаётся утешаться тем, что я не кажусь себе достаточно прочным. Поэтому навряд ли я долго проживу в рабстве.
— Не говорите так, прошу вас! — вскричал Железный Дровосек, чьё великодушное сердце было потрясено этой печальной речью. — Вы плохо себя чувствуете сегодня?
— Видите ли, — сказал Гамп, — это мой первый день в новом качестве. Поэтому я не могу сказать, как я себя чувствую. — И он помахал хвостом-метлой с задумчивым видом.
— Ну-ну! — успокоил его Страшила. — Постарайтесь быть более жизнерадостным и принимать жизнь такой, как она есть. А мы будем добрыми хозяевами и постараемся сделать ваше существование как можно приятней. Вы не откажетесь перенести нас по воздуху, куда мы пожелаем?
— Нет, конечно, — отвечал Гамп, — я вообще предпочитаю летать по воздуху. Потому что, путешествуй я по земле, я могу столкнуться с кем-нибудь из представителей своей породы. Это приведёт меня в ужасное замешательство!
— Да, вас можно понять, — посочувствовал ему Дровосек.