— Вы вызываете у меня головную боль, — признался Тип. — Я что-то совсем запутался. Но в любом случае я не рискну проглотить ещё одну пилюлю. Пусть это сделают другие! — С этими словами он, надувшись, отошёл в глубь гнезда.
— Ясно! — сказал Жук-кувыркун. — Для того чтобы спасти нас, остаётся лишь моя Многократно Увеличенная и Высоко Образованная особа. Сдаётся, я один обладаю достаточной волей и выдержкой, чтобы исполнить желание. Позвольте одну пилюлю!
Жук-кувыркун проглотил её без колебаний. Все стали восхищаться его смелостью. Тем временем насекомое сосчитало попарно до семнадцати таким же образом, как это делал Тип. По неизвестной причине, возможно оттого, что жуки-кувыркуны имеют более крепкие желудки, чем мальчики, серебряный шарик не причинил ему никакой боли.
— Хочу, чтобы разбитые крылья Вещи зажили и были как новые! — медленно произнёс Жук-кувыркун.
Не успели они взглянуть на Вещь, как желание уже было исполнено. Гамп предстал перед ними в полном здравии. Он мог летать по воздуху так же хорошо, как и прежде.
20. Страшила обращается к Глинде
— Ура! — радостно закричал Страшила. — Теперь мы можем покинуть это мрачное гнездо в любой момент.
— Темнеет, — промолвил Железный Дровосек. — Если мы полетим, не дождавшись утра, придётся поволноваться. Не нравятся мне эти ночные путешествия. Никогда не знаешь, что может случиться.
Было решено дождаться рассвета. Спутники развлекались тем, что в сумерках обыскивали гнездо в поисках сокровищ.
Жук-кувыркун нашёл два симпатичных браслета из самоварного золота. Они очень хорошо смотрелись на его тоненьких лапках. Страшила питал слабость к кольцам, которых было немало в гнезде. Он придирчиво подбирал кольцо на каждый палец набитых соломой перчаток. Потом, не удовлетворившись этим, надел на большие пальцы рук ещё по одному. На каждом кольце сверкали рубины, аметисты и сапфиры, поэтому руки Страшилы выглядели впечатляюще.