Сначала он так испугался, что хотел убежать прочь. Но его ноги так затряслись от волнения, что он не мог сдвинуться с места. Потом его очень рассмешило то, как Джек оживал, особенно выражение его тыквенного лица. Оно было так смешно и забавно, что нельзя было не расхохотаться. Смех Типа достиг ушей старой Момби. Она проворно доковыляла до изгороди, схватила мальчика за шиворот и потащила туда, где оставила корзину и тыквоголового человечка.
— Ах ты непослушный, негодный мальчишка! Как ты посмел подсматривать за мной? — бранилась она. — Я научу тебя, как выведывать мои секреты и потешаться надо мной!
— Я смеялся не над вами! — возразил Тип. — Я смеялся над тыквенной головой! Посмотрите на неё! Чем не картина?
— Надеюсь, вы рассуждаете не о моей наружности? — произнёс Джек. И так смешно было слышать его серьёзный голос, тогда как лицо сохраняло умильную улыбку, что Тип снова не удержался от смеха.
Даже Момби не без интереса взглянула на человечка, которого она оживила своим колдовством. Внимательно разглядев его, она спросила:
— Что ты знаешь?
— Видите ли, я затрудняюсь ответить, — промолвил Джек. — Хотя подозреваю, что знаю ужасно много. Но я ещё не осознал этот мир настолько, чтобы что-то понять. Мне потребуется время, чтобы открыть, мудрый я или очень глупый.
— Уж будь уверен, — сказала Момби задумчиво.
— Но он уже ожил. Что вы собираетесь делать с ним? — поинтересовался Тип.
— Надо подумать, — ответила Момби. — Однако мы должны добраться домой, пока не стемнело. Помоги Тыквоголовику двигаться.