Часом позже, спустившись вниз и следуя все время по тропинке, идущей вдоль пещеры, они были вознаграждены за свои труды слабым отблеском дневного света, который все усиливался по мере их продвижения вперед. Они не успели оглянуться, как пришли к источнику света. Оказалось, что они были ближе от него, нежели рассчитывали, и Фрэнсис, раздвинув заросли дикого винограда и кустарника, выполз на ослепительный свет послеполуденного солнца. Через минуту Леонсия и Торрес очутились возле него на выступе утеса, глядя на расстилавшуюся у их ног долину. Долина была овальной формы, не менее трех миль в диаметре, и казалась окруженной со всех сторон скалистыми уступами гор.
— Это Долина Погибших Душ, — торжественно объявил Торрес. — Мне не раз приходилось о ней слышать, но я никогда не верил в ее существование.
— Я слышала о ней и тоже никогда не верила, — прошептала Леонсия.
— Так что из того? — спросил Фрэнсис. — Мы-то ведь не погибшие души, а живые люди из плоти и крови. Чего ж нам тревожиться?
— Послушайте, Фрэнсис, — заговорила Леонсия, — все слухи об этой долине, которые мне довелось слышать с самого детства, сводились к тому, что ни одному живому человеку, попавшему в долину, не удалось оттуда выбраться.
— Предположим, что это так, — невольно улыбнулся Фрэнсис. — Как же тогда слухи достигли внешнего мира? Если никто никогда не вернулся обратно в мир из этой долины, как могло случиться, что все так хорошо о ней осведомлены?
— Этого я не знаю, — призналась Леонсия. — Я только передаю то, что сама слыхала. Признаться, я тоже не верила этим басням, но только уж очень весь окрестный пейзаж подходит к описаниям легендарной долины.
— Никто никогда не возвращался отсюда, — тем же торжественным тоном произнес Торрес.
— Откуда же, в таком случае, вы знаете, что кто-то когда-то сюда попадал? — спросил Фрэнсис.
— Все погибшие души живут здесь, — последовал ответ. — Вот почему мы никогда не видели их, ибо они никогда не выходили отсюда. Поверьте мне, мистер Фрэнсис Морган, — я не безумец и не глупец. Я получил прекрасное образование, учился в Европе и занимался бизнесом в вашем родном Нью-Йорке. Я знаком с различными отраслями науки и с философией, и все же я утверждаю, что это долина, из которой, попав туда, никто не выходит.