— Да, таково мое мнение. Теперь я пришел узнать твое, чтобы мы с тобой действовали в согласии.
Она взглянула на четырех пленников. Когда взгляд ее скользнул по лицу Торреса, в нем промелькнула лишь задумчивая жалость, при виде Леонсии она нахмурилась, а на Генри взглянула с сомнением. Когда же очередь дошла до Фрэнсиса, она окинула его долгим взглядом, и выражение ее лица смягчилось, — так показалось, во всяком случае, наблюдавшей за ней с недовольством Леонсии.
— Кто из вас не женат? — внезапно спросила царица. — Впрочем, нет, — предупредила она их ответ. — Мне известно, что никто из вас не женат.
Быстрым движением она обернулась к Леонсии.
— Скажи мне, — спросила она, — хорошо ли, если женщина имеет двух мужей?
Генри и Фрэнсис не могли сдержать невольной улыбки при подобном смешном и легкомысленном вопросе. Леонсии, однако, вопрос не показался ни лишенным смысла, ни легкомысленным, и на щеках ее вновь вспыхнула краска гнева. Она поняла, что имеет дело с настоящей женщиной, которая будет вести себя по отношению к ней с чисто женской жестокостью.
— Нехорошо, — ответила Леонсия своим ясным, звонким голосом.
— Это очень странно, — размышляла вслух царица. — Это очень, очень странно. И однако это несправедливо. Если в мире одинаковое количество мужчин и женщин, не может быть справедливым, чтобы у одной женщины было двое мужей, ибо это значит, что у другой не будет ни одного.
Она бросила в чашу еще одну щепотку порошка. Столб дыма взвился в воздух и рассеялся, как прежде.
— Зеркало Мира откроет мне, жрец, как следует поступить с нашими пленниками.