— Ну и пойду — не для того, конечно, чтобы показать тебе, какой я покоритель женских сердец, а просто ради справедливости. Я не должен был принимать твою жертву и теперь хочу попытаться поправить дело.
Прежде чем Фрэнсис успел ему помешать, он подошел к царице и, отстранив от нее жреца, заговорил с ней. Царица засмеялась, но выслушала его. Смеялась она не над Генри — смех означал ее торжество над Леонсией. Без тени сомнения отклонила она предложение Генри. Затем царица в сопровождении жреца подошла к Леонсии и Фрэнсису, а за ними по пятам следовал Генри, изо всех сил стараясь скрыть радость, которую принесла ему его неудача.
— И что ты теперь скажешь? — обратилась царица к Леонсии. — Генри только что просил меня стать его женой, и это сегодня четвертое предложение. Ну разве не любят меня мужчины? Разве у тебя было когда-нибудь четверо влюбленных, которые все стремились бы жениться на тебе в день твоей свадьбы?
— Четверо?! — воскликнул Фрэнсис. Царица нежно на него посмотрела.
— Да, ты, Фрэнсис, и Генри, которому я только что отказала. А еще раньше, прежде вас, — этот дерзкий Торрес. И только что в Большом Доме — верховный жрец. — Глаза ее снова вспыхнули гневом. — Этот жрец Солнца, жрец, который давно преступил свои обеты, мужчина, который только наполовину мужчина, осмелился предложить мне стать моим супругом! Жалкая собака, животное! И под конец он имел дерзость заявить, что я не буду женой Фрэнсиса. Идем! Я покажу ему, как он ошибается.
Она кивнула своим копьеносцам, приказывая им следовать за всей группой, а двум из них велела стать за спиной у жреца, чтобы включить в круг и его. При виде этого в толпе Погибших Душ поднялся ропот.
— Начинай, жрец! — приказала ему царица, — а не то мои телохранители убьют тебя.
Жрец быстро обернулся, ища поддержки у толпы, но слова замерли у него на устах при виде приставленных к его груди копий. Ему пришлось смириться. Подойдя к алтарю, он поставил царицу и Фрэнсиса перед ним, а сам поднялся на возвышение и, глядя на них и через их головы на толпу, заговорил:
— Я жрец Солнца, — начал он. — Обеты мои священны. Я, верховный жрец Солнца, принужден повенчать эту женщину — Ту, Что Грезит с этим незнакомцем, с этим пришельцем, чья кровь должна была пролиться на алтарь нашего бога. Обеты мои священны, и я не смею их преступить. Я отказываюсь повенчать эту женщину с этим мужчиной. Именем бога Солнца я отказываюсь приступить к церемонии.
— В таком случае ты сейчас же и на этом самом месте умрешь, — злобно прошипела царица. Она жестом приказала копьеносцам, стоявшим за спиной жреца, поднять его на копья, а остальным телохранителям — направить оружие против недовольной толпы Погибших Душ.