— Я возьму на память ваш портрет, — с мольбой в голосе произнес он.
— Вы не должны этого делать, — ответила Леонсия, ласково ему улыбаясь. — Хорошо, берите, — тут же сказала она и исчезла.
* * *
И-Пуну предстояло еще выполнить поручение, за которое Торрес заплатил ему авансом сто долларов золотом. На следующее утро, через несколько часов после отъезда Фрэнсиса и царицы, И-Пун явился на гасиенду Солано. Энрико курил на веранде сигару, очень довольный собой, целым светом и тем, как налаживаются дела. Узнав в И-Пуне вчерашнего посетителя, он радушно его приветствовал. Прежде чем начать разговор, отец Леонсии отправил Алессандро за пятьюстами пезо, на которых они сошлись накануне. И-Пун, избравший своей профессией торговлю секретами, не без удовольствия продал свой товар вторично. Однако он остался верен полученным от Торреса инструкциям и заявил, что откроет тайну не иначе как в присутствии Леонсии и Генри.
— Этот секрет — важный секрет, — оправдывался китаец, когда молодые люди явились. Затем он принялся развязывать пакет с доказательствами. — Сеньорита Леонсия и сеньор жених должен первый смотреть на бумага. Это большой бумага. Потом пусть все смотрят, кто хочет.
— Вполне справедливо, раз они заинтересованы в этом больше всех, — великодушно согласился Энрико, хотя он тут же выдал свое любопытство, нетерпеливо попросив дочь и Генри поскорее рассмотреть документы.
Стараясь сохранять равнодушный вид, он в то же время украдкой наблюдал за ними и, к глубокому своему изумлению, увидел вдруг, как Леонсия отбросила от себя бумагу, напоминавшую по виду официальный документ, которую они с Генри только что прочли. Потом она свободно и от всего сердца обняла своего жениха и так же свободно и от всего сердца поцеловала его в губы. В следующее мгновение на глазах пораженного Энрико Генри отступил назад и воскликнул полным отчаяния голосом:
— Но Боже мой, Леонсия, ведь это конец всему! Мы никогда не сможем повенчаться.
— Что? — фыркнул Энрико. — Теперь, когда все наконец улажено? Что вы хотите сказать, сэр? Это оскорбление. Вы должны жениться, и не позднее сегодняшнего дня.
Генри, утративший от потрясения дар речи, взглянул на Леонсию, умоляя ее ответить за него.