— Эн малем? — настаивал вождь. — Малем ма панено?
— А как насчет золотой девушки?
— Уходим! — решительно приказал Денхам отряду. — Улыбайся, Анна. Неужели тебя не тронули комплименты вождя? Шесть за одну! Улыбнись Джеку. И держи выше голову.
— Дула, бала! — заверил вождя Энглехорн. — Завтра, друг.
Отход был быстрым, но чрезмерной спешки не было. Все выглядело довольно мирно. Полдюжины матросов под командой Дрискола двигались первыми, в центре колонны шла Анна. Следом шагали остальные с ружьями наготове. Замыкали шествие Энглехорн и Денхам.
Уходя, Денхам дружески махнул шаману рукой. Той же рукой он надвинул шляпу на глаза, затем опустил ее на пояс с револьвером и стал насвистывать марш. Пока туземцы удивленно таращились ему вслед, он уверенно зашел за угол дома и исчез из вида.
Отряд возвращался по узким тропам среди домов в полном молчании и строгом порядке. Им еще предстояло пересечь открытое пространство, прежде чем они доберутся до лодок.
— Не уверяйте меня, что в тех домах никого не было, — пропыхтел Джимми, перекладывая ящик с бомбами с одного плеча на другое. — Один раз я слышал, как хныкал ребенок.
— Мальчик! Его шлепнула мамаша. Это я тоже слышал.
Дрискол, почувствовавший некоторое облегчение, опустил руку, до сих пор сжимавшую рукоятку револьвера.