Ему стало не по себе от того, как много людей они уже потеряли, бросившись преследовать Конга. Перед его внутренним взором снова встала картина, которую он видел у алтаря в свете факелов. Это видение было так реально, что он поспешил начать поиски возможностей пробраться через трясину, чтобы отвлечься. Но возгласы остальных предупредили его, что это не видение, а реальность.
Чудовище-бог, которого они искали, переваливаясь, шло к ним навстречу из глубины болота.
Эта огромная обезьяна ничем, кроме размеров, не отличалась от своих африканских собратьев, в* осторожном и внимательном выборе пути она невероятно напоминала человека.
Также невероятной казалась та осторожность, с которой она несла Анну. Примитивный мозг Конга ценил свое странное приобретение по непонятным ему самому причинам. Он нес девушку на согнутой руке, как, должно быть, доисторическая женщина качала своего ребенка. Он словно бы прикрывал своей широкой спиной пленницу от чудовищ, неумолимо преследовавших Конга. Они легко передвигались по трясине, прыгая на огромных задних лапах.
Очевидно, это были какие-то доисторические ящеры, выжившие на острове с незапамятных времен. Громадные существа с четырьмя лапами, толстыми короткими шеями и большими головами, заканчивающимися рогами. У каждого чудовища было по три рога, они были направлены на Конга явно с недобрыми намерениями.
Конг и его преследователи были так заняты друг другом, что отряд не был замечен.
— Ложись! — скомандовал Дрискол. — Ложись!
Все не замедлили последовать команде и залегли среди редких кустиков.
— Если бы только у нас были бомбы! — прорычал Денхам.
— Что это за животные? — спросил Дрискол.