Глава тринадцатая
Неясная боль от врезавшихся в тело ветвей переросла в резкую по мере того как Анна приходила в сознание. Она повернулась на бок и увидела стену ветвей, среди которых лежала, они окружали ее со всех сторон и только наверху было голубое небо. Где она была, Анна не имела ни малейшего представления, какое-то время, она не могла ничего вспомнить. Она была вся в синяках, ее трясло от пережитого ужаса, мозг отказывался работать. Готовая вновь потерять сознание, Анна лежала на своей грубой подстилке и без всяких эмоций потирала ушибленные места.
Потом, ее сознание заполнило воспоминание об ужасном обезьяноподобном чудовище и она села, дико закричав. Теперь Анна вспомнила все. Яркий свет факелов, когда она стояла на алтаре; красные глаза, которые рассматривали ее сверху, они то закрывались, то снова вспыхивали; огромная волосатая лапа, которая, казалось, сначала нерешительно протянулась к ней; лохматое плечо, на котором она лежала прежде чем сознание покинуло ее, после этого Анна помнила лишь отдельные смутные моменты, ей вспоминалось будто кто-то нес ее сквозь лес.
Сев, она поняла, где находится и почувствовала новый прилив страха. Анна ненавидела высоту, кроме этого, по стволу дерева к ней приближалась змея, в довершение ко всему Конг тоже был здесь.
Он нагнулся над лощиной, шаря там для чего-то своей огромной лапой. Вскоре появилась еще одна тварь.
Из кустов, росших под деревом, вылезло чудовище, размерами чуть меньше самого Конга. Его длинная тонкая шея голодно крутилась во все стороны, передвигалось оно на мощных задних лапах. Передних лап почти не было, лишь слаборазвитые, похожие на клешни отростки, служившие, по всей видимости, для того только, чтобы подносить к пасти пищу. Но зато у этой твари была такая пасть, что Анна вновь закричала от ужаса. Ничего она не видела ужаснее этого кроваво-красного проема, утыканного плотоядными зубами. Когда длинная шея повернулась в ее направлении, Анна решила, что наступил конец.
Ее крик заставил Конга обернуться. Змея торопливо сползла с дерева и исчезла в кустах, так что вся ярость Конга обрушилась на огромного ящера. Застучав лапами по груди, обезьяна ринулась в атаку.
Ящер не дрогнул, и когда Конг приблизился, вытянул вперед свою шею, разинув ужасную зубастую пасть. Конг увернулся и ящер впустую клацнул зубами. Столкнувшись, оба монстра потеряли равновесие. Конг оказался наверху, и в какой-то момент показалось, что битва будет скоро закончена. Тонкая шея ящера была слишком хрупкой, чтобы выдержать захват длинных и мощных лап Конга. Но прежде чем Конг успел сжать шею ящера, тот уперся ему в грудь мощной задней лапой и ударил. Даже Конг не мог противостоять силе такого мощного удара. Его лапы разжались, и он полетел кувырком через голову к краю лощины.
— Нет! — закричала Анна. — Нет! Нет!
Она хотела, чтобы Конг победил. Она не думала о том, что ей опять придется пережить ужас прикасаний его огромных лап, но даже это было лучше, чем ужасная пасть, вновь потянувшаяся было к ней. Но ящеру снова пришлось отвлечься, чтобы встретить новую атаку Конга.