Вдруг у владыки задрожал,
Так что уж он не расслыхал,
От звона страшного в ушах,
Что отвечал ему монах.
Из-за забрала, как гроза,
В него сверкнули вновь глаза
Того, кто кротко перед ним,
В златых кудрях, как херувим,
Под тенью яблонь в первый раз
Стоял, не потупляя глаз.