— Чтобы открыть гроб.
— Это уж слишком, — сердито сказал Артур, вставая. — Я согласен на все, что благоразумно, но на такое… такое осквернение гроба той, которую… — дальше он не мог говорить от негодования. Профессор с состраданием посмотрел на него.
— Если бы я мог уберечь вас хоть от одной муки, видит Бог, я сделал бы это, — сказал он. — Но сегодняшней ночью вам придется пройти по тернистой дороге, иначе той, которую вы любите, придется потом, быть может, даже и навеки, ходить по пылающему пути.
Артур побледнел и вскричал:
— Будьте осторожны, сэр, будьте осторожны!
— Не лучше ли вы послушаете, что я вам скажу? — произнес Ван Хелзинк. — Тогда, по крайней мере, вы будете знать, что я вам предлагаю. Сказать?
— Итак уже все ясно, — вставил Моррис.
После некоторого молчания Ван Хелзинк продолжал — видно было, что это стоило ему большого труда.
— Мисс Люси умерла, не так ли? Да? Следовательно, все в порядке. Но если она не умерла?
Артур вскочил на ноги.