— Неужели? Я и позабыл об этом. «Мортонова вилка» и «Звездная палата»… Классические примеры финансового вымогательства и судебного произвола. Вам не составит труда изобразить две совершенно разных личности. «Вилка Мортона» и «Звездная палата» у Генриха лежат на разных чашах весов с введенными Ричардом правами на освобождение под залог и гарантиями против оказания давления на присяжных.
— Так это парламент Ричарда одобрил? Боже, сколько же мне предстоит прочесть! Атланта уже не разговаривает со мной. А вас она просто возненавидела. Говорит, что от меня для девушки столько же пользы, как от прошлогоднего журнала мод. Но, честное слово, мистер Грант, это самое увлекательное событие в моей жизни. Точнее — самое важное. Увлекательнее Атланты ничего быть не может. Вы меня понимаете?
— Прекрасно понимаю. Наконец-то вы нашли нечто такое, чем стоит заняться.
— Вот именно. Я нашел нечто такое, чем стоит заняться. Это замечательно. Я приехал сюда, чтобы не расставаться с Атлантой, под предлогом научных исследований, которые мне даром не нужны, разве лишь для того, чтобы утихомирить родителя, и вдруг…. Вас это не вгоняет в трепет? — Он испытующе посмотрел на Гранта. — Вы совершенно уверены, мистер Грант, что не хотите написать эту книгу сами?
— Я никогда не буду писать книг, — отрезал Грант. — Даже таких, как «Двадцать лет в Скотленд Ярде».
— Как? Вы против мемуаров?
— Конечно! По-моему, и без того слишком много понаписано.
— Но такую книгу просто необходимо написать! — горячо воскликнул Кэррэдайн, слегка задетый.
— Бесспорно. Эту написать надо. Да, забыл спросить вас: как скоро после своего двойного прощения Тиррел получил назначение во Францию? И как скоро после предполагаемой услуги, оказанной им Генриху в июле 1486 года, он стал комендантом замка Гисне?
На лице Кэррэдайна появилось лукавое выражение.