— Кто это? — спросил врач.
— Ричард Третий.
— Вот как? Очень занятно.
— Вы знаете, у него была сухая рука.
— В самом деле? Я этого не помню. Я думал, он был горбун.
— Верно.
— Помню только, что он родился со всеми зубами и живьем ел лягушек. Что ж, как ни странно, мой диагноз оказался совершенно правильным.
— Да, меня даже оторопь берет. А как вы догадались?
— Честно говоря, я не могу этого точно объяснить. Наверное, по выражению его лица. Такие бывают у детей-инвалидов. Если он родился горбатым, то, возможно, именно этим, а не болезнью объясняется такое выражение. Я вижу, художник не изобразил горба.
— Да, придворным художникам приходилось быть весьма тактичными в подобных случаях. Только со времен Кромвеля их стали просить рисовать «бородавки и все прочее».