Грант был возмущен.
При первой же возможности он попытается достать описание событий короткого правления Ричарда, сделанное его подлинным современником. Библиотека может получить своего драгоценного сэра Томаса полутора неделями раньше. Пусть сэр Томас был мучеником и великим человеком, для него, Алана Гранта, это не имеет ни малейшего значения. Он, Алан Грант, знает, что многие великие люди мыслят некритически, что готовы поверить в ерунду, которая заставила бы покраснеть любого мошенника. Он знавал крупного ученого, уверовавшего в то, что кусок муслина и есть дух сестры его бабушки лишь потому, что так ему сказал неграмотный медиум где-то на задворках Плимута. Он знал одного человека, считавшегося знатоком человеческой психологии, который «верил самому себе, а не полицейским басням» и которого ловкий мошенник обвел вокруг пальца и обобрал буквально до нитки. Что касается его, Алана Гранта, то он твердо верил, что никто не бывает подчас так глуп и доверчив, как великий человек. Что касается его, Алана Гранта, то с Томасом Мором он покончил раз и навсегда и с завтрашнего утра начинает собирать материалы заново.
Во сне Грант вопреки всякой логике продолжал испытывать раздражение и утром проснулся, так и не остыв окончательно.
— Вам известно, что ваш драгоценный Томас Мор вообще ни черта не знал о Ричарде III? — с раздражением напустился он на Амазонку, едва та показалась в дверях.
Сестра даже растерялась — не столько от неожиданности, сколько от ярости, с которой был задан вопрос. Еще одно резкое слово — и слез не миновать.
— Да нет же, он знал! — запротестовала девушка. — Он ведь жил тогда.
— Мору было восемь лет, когда Ричард погиб, — беспощадно продолжал Грант. — И знал он все только по слухам. Как я. Как вы. В моровской истории Ричарда III нет ничего, заслуживающего уважения. Сплошные сплетни и надувательство.
— Вам сегодня хуже? — спросила сестра с тревогой. — Температуры нет?
— Про температуру не знаю, а вот давление наверняка подскочило.
— Боже мой! — всплеснула руками девушка. — А ведь дело шло на поправку… Сестра Ингхэм очень расстроится. Она уже хвасталась вашим быстрым выздоровлением.