— Похоже, и в этом случае он не собирался мстить.
— Да. Совсем наоборот. Конечно, не мое дело обобщать и делать выводы, — я всего лишь раскапываю архивы, — но я почти уверен, что главным стремлением Ричарда было раз и навсегда положить конец вражде между Йорками и Ланкастерами.
— Почему вы так решили?
— Я просматривал списки приглашенных на коронацию Ричарда. Кстати, такого стечения народа еще никогда не бывало. Трудно поверить, но присутствовали почти все. Как Ланкастеры, так и Йорки.
— Включая, возможно, даже оппортуниста Стенли?
— Возможно. Я еще не так хорошо знаком со всеми, чтобы помнить по именам.
— Видимо, вы правы в том, что Ричард и впрямь стремился прекратить грызню между Ланкастерами и Йорками. Пожалуй, его снисходительность к Стенли как раз этим и объясняется.
— Значит, Стенли поддерживал Ланкастеров?
— Нет, но он был женат на их ярой стороннице — Маргарите Бофорт. Бофорты были незаконной ветвью в ланкастерской фамилии. Но Маргариту такое положение не беспокоило. А ее сына и подавно.
— А кто был ее сын?