— Вижу, что тебя что-то огорчило.
— Нет, ничего. Я был несколько озадачен.
— Что они тебе сказали? — спросила она.
— Почти ничего, кроме любезностей, — только в последнюю минуту сорвалось одно слово.
— Знаю, что тебя что-то оскорбило, — сказала мать.
— Лэди Кинсбёри дала мне понять, что терпеть меня не может. Очень странно, что можно питать такие чувства в человеку, почти не обменявшись с ним ни единым словом.
— Говорила я тебе, Джордж, что ездить туда опасно!
— В этом еще не было бы опасности, если б дело этим ограничивалось.
— Что ж тут еще скрывается?
— В этом не было бы опасности, если бы лэди Кинсбёри была только мачехой Гэмпстеда.