— Кто сообщил вам все его?
Горничная дипломатически отвечала, что об этом толкует весь дом, а она передает это только потому, что находит приличным, чтоб милэди знала о том, что происходит. «Милэди» была довольна, что получила эти сведения, хотя бы от горничной, так как они могли пригодиться ей в разговоре с капелланом.
На этот раз мистер Гринвуд сел без приглашения.
— Очень мне прискорбно слышать, что вы так дурно себя чувствуете, леди Кинсбёри.
— Это моя обыкновенная головная боль, только сегодня что-то сильнее.
— Я должен сказать вам кое-что и уверен, что вы не удивитесь моему желанию сообщить вам это. Лорд Гэмпстед грубо оскорбил меня.
— Что ж я могу сделать?
— Ну — что-нибудь да следует сделать.
— Я не могу отвечать за лорда Гэмпстеда, мистер Гринвуд.
— Нет, конечно нет. Это молодой человек, за которого никто не пожелает отвечать. Он упрям, необуздан и крайне невежлив. Он очень грубо сказал мне, что я должен оставить дом ваш в конце месяца.