Клара вышла из комнаты.
— Она, кажется, совершенно равнодушна, — отрапортовала племянница тетушке. — Она встала такой же павой, как всегда, и попросила меня уйти.
Когда квакер подошел к двери и отворил ее своим ключом, Марион была в передней и ждала его. До той минуты, как она услышала звук ключа в замке, она не двинулась из комнаты, почти не изменяла позы, в которой оставила ее посетительница. Она опустилась на близь стоявший стул и сидела все думая, думая…
— Отец, — сказала она, положив ему руку на плечо и заглядывая ему в лицо, — отец!
— Дитя мое!
— Слышал ты что-нибудь в Сити?
— А ты, Марион?
— Так это правда? — крикнула она, ухватив его за обе руки, повыше локтя, точно боялась упасть.
— Кто знает? Кто может сказать, что это правда, до получения дальнейших известий. Войдем, Марион. Неприлично нам здесь толковать об этом.
— Неужели это правда? О, отец, отец, это убьет меня.