Клерк прибавил:
— И последний мой совет: сдавай экзамены. Звание всегда пригодится. И брось ты своих католических и сатанических поэтов, которые в философии ушли не дальше, чем люди двенадцатого века. Твое отчаяние глупо. Самым великим людям еще труднее было начинать, — тому же Мирабо[9]Мирабо Оноре Габриэль Рикетти, граф (1749–1791) — деятель французской буржуазной революции конца XVIII века; после низложения монархии (1792) был изобличен в предательстве интересов революции (Делорье имеет в виду бурную молодость Мирабо). хотя бы. Впрочем, расстанемся мы не на такой уж долгий срок. Мошенника отца я заставлю вернуть мою долю. Но мне пора идти, прощай! Нет ли у тебя ста су? Мне надо заплатить за обед.
Фредерик дал ему десять франков, остаток от тех денег, что он утром взял у Исидора.
В двадцати туазах от мостов, на левом берегу, в слуховом окошке низкого дома блестел огонек.
Делорье заметил его. Сняв шляпу, он торжественным тоном сказал:
— Венера, властительница небес, привет тебе! Но Нищета — мать Целомудрия. Как на нас клеветали по этому поводу, боже ты мой!
Этот намек на приключение, в котором участвовали они оба, развеселил их. Идя по улицам, они громко смеялись.
Потом, расплатившись в гостинице, Делорье проводил Фредерика до перекрестка у больницы, и друзья, после долгих объятий, расстались.
III
Прибыв однажды утром, через два месяца, в экипаже на улицу Цапли, Фредерик первым долгом намеревался сделать свой торжественный визит.